Девушка хмыкнула. Трудно было понять, что она сейчас чувствует, потому что ее лицо не отражало никаких эмоций. Спустя несколько мгновений она подалась вперед и, подобравшись к Жнецу, легла, опустив голову ему на колени и закрыв глаза. Кай принялся молча теребить пальцами ее тонкие дреды.
– Она помнит, кем была раньше? – Спросила Грейс несколько минут спустя.
– Анна? – Кай растерянно моргнул. – Наверное, да. По крайней мере, когда нам стало известно об Эльзе и я рассказал ей об этом, она была не в восторге.
Девушка приподнялась, заглядывая парню в глаза:
– Может, она вспомнит и меня…
– Грейс, не хочу тебя разочаровывать еще больше, но она прекрасно о тебе знает, и попытается убить при первой же возможности. – Кай аккуратно встал и протянул руку подруге. – Нам лучше здесь не задерживаться. Петра просила привести тебя к нам домой. Надо придумать, как оставить тебя в живых. Черта между нашим миром и потусторонним очень тонкая и, нарушая баланс, очень сложно избежать последствий.
Сложив в сумку самые необходимые вещи, Грейс надела свое любимое краснее пальто и, стоя на пороге, окинула печальным взглядом прихожую и лестницу, ведущую на второй этаж.
– Я еще вернусь сюда? – Задумчиво пробормотала она.
– Обязательно, – заверил ее Жнец и обнял за плечи, открывая входную дверь.
Холодный ливень превратился в мелкую противную изморось. Желтый Фольксваген-жук, припаркованный перед домом Уотсонов, казался неестественно ярким на фоне унылой серости, наполнявшей этот день.
Как только Кай повернул ключ в замке зажигания, мотор машинки радостно взревел и зафырчал, словно голодный динозавр. Откинувшись на спинку сидения, Грейс склонила голову, наблюдая, как дворники ловко стирают капли с лобового стекла.
– Что со мной будет? – Поинтересовалась она, не отводя взгляда. – Ты что-то говорил о последствиях. Что происходит, когда тот, кому предначертано умереть, остается в живых?
Кай ответил не сразу. Отвлекшись на возню с ремнем безопасности, который якобы зацепился, он лихорадочно думал, как помягче озвучить не слишком радостные варианты развития событий. Ведь в любом случае Грейс уже на пути к одному из них.
– Есть два возможных последствия, – наконец, произнес он, тщательно подбирая слова. – Первый: если Жнец не забирает душу, а тело погибает, например, в результате несчастного случая, которого невозможно избежать, то душа навсегда застревает внутри. Да, это не самое приятное… Второй вариант: если телу каким-то образом удается избежать физической смерти, и не отнятая Жнецом душа остается внутри, то она начинает… портиться.
– То есть? – Нахмурилась Грейс, понимая, что это как раз ее случай, так как ее тело живое и невредимое.
– Ну-у… – Кай растерянно взъерошил волосы. Ему очень не хотелось озвучивать данный вариант событий, но лгать девушке он тоже не хотел. – Ну, вот что происходит, когда срок годности какого-то продукта выходит? Он начинает портиться. С душой точно так же… Она начинает гнить изнутри, полностью меняя человека. Такие люди начинают страдать серьезными психическими расстройствами или, что еще хуже, превращаются в маньяков, серийных убийц. К тому времени, когда физическое тело умирает уже от естественных причин, то души просто не остается, она исчезает, полностью сгнивает… Выход есть – Жнец, которому предназначалась эта душа, должен отыскать этого человека, и высвободить ее. Но в этом случае испорченная душа просто раствориться, она не отправиться в мир иной. А чем дольше она остается в теле, тем больше она портиться, обрастает чернотой, в ней исчезает все человеческое. Абсолютно все… – Парень неожиданно замолк, и со всей силы надавил на педаль тормоза. Картина, кристально чисто представшая перед ним, полностью огорошила его. Все частицы встали на свои места, наконец-то открыв ответ на вопрос, который занимал его все это время. – О, Боже, – произнес он, судорожно втягивая воздух. – Я знаю, кем является Анна.
13. Когда на город обрушится тьма
Госпожа Мэрион Станг недобрым взглядом уставилась на Жнеца и озадаченную Грейс, стоило им зайти в подъезд. Сквозь распахнутую дверь ее квартиры открывалось не слишком приятное зрелище – перевернутая мебель, выпотрошенные диванные подушки, кучи хлама на полу. Казалось, по квартире пронесся сокрушительный ураган и разнес все к чертовой матери. Женщина стояла на пороге и не прекращала бормотать себе под нос что-то, напоминающее молитву. Ее глаза горели праведным гневом, губы раз за разом сжимались в тонкую линию, а волосы снова были стянуты в тугой узел. В общем, и без того нелюбезная соседка выглядела весьма враждебно. Внимательно изучив Грейс с ног до головы, она крепко сжала кулаки и с отвращением выплюнула:
– Грязная ведьма! – После чего запрыгнула в квартиру и с остервенением захлопнула дверь.
– Не обращай внимания. Она слегка не в себе, – сказал Кай, осторожно подтолкнув девушку к ступенькам. Сейчас он не желал рассказывать о том представлении, которое Анна устроила для несчастной соседки. Хоть госпожа Станг и не отличалась дружелюбием, заставить беднягу поверить, что ее душа пришлась по вкусу ведьмам, было слишком жестко и несправедливо, хотя вполне в духе демоницы.
Поднявшись на следующий этаж, Кай остановился у дверей, ведущих в свою квартиру, но не спешил их открывать.
– Послушай, – сказал он, обернувшись и обняв девушку, – я понимаю, что сегодняшний день для тебя выдался довольно сумасшедшим, но сейчас тебе нечего бояться. Мои друзья не причинят тебе ни малейшего вреда… С Мейсоном ты уже знакома, а Морис и вовсе будет на седьмом небе от счастья, когда в нашей компании появиться нормальный живой человек. Ну, ты понимаешь, о чем я. – На губах Жнеца появилась легкая улыбка, и он зарылся носом в копну тонких дредов. – Есть еще Петра. Она очень хорошая, но… немного специфичная. К ней нужно привыкнуть.
– Я справлюсь, – заверила его Грейс и, поднявшись на цыпочки, кротко поцеловала парня в щеку.