- Я? Нисколько! - сипло ответил он и добавил: - Вот еще!
Энна рассмеялась. Рассерженный не на шутку Иеремия повернулся, дабы дать юной насмешнице достойный отпор, и вдруг... Глаза его широко раскрылись, рот тоже, а стон, так долго удерживаемый, вырвался наружу и превратился в трубный рев. Еще бы! В своем захолустье он никогда прежде не видал таких красавиц. Высокая, тонкая, гибкая фигурка юной воительницы, облаченная в настоящее женское платье, показалась ему чудом, видением или мороком, только не живой Энной. "Кто ты? - пораженно спросил трактирщик вернее, он думал, что спросил, а на деле лишь пошевелил губами и что-то невнятное скрипнул. - Принцесса? Королева? Или сама фея?"
- Вот уж не думала, что ты так падок на женщин, - неодобрительно покачала головой Энна. - Одинокий Путник и виду бы не подал, а ты...
- А что я? - все же нашел в себе силы очнуться Иеремия. - Ну и переоделась в женское платье, ну и что? Кстати, давно пора...
Он хотел ещё добавить, что надо носить то одеяние, кое соответствует твоему полу, что мир перевернулся бы, если б мужчины вдруг вздумали надеть юбки, что сам он скорее повесился бы, чем согласился хотя б примерить лиф или диадему, но - силы вновь покинули его. Он жалобно посмотрел на красавицу, пытавшуюся пристроить в рукаве платья кинжал, и глубоко вздохнул. Да, нынче Нилам падет от чар Энны. Что ж, это будет только справедливо.
- Я пошла, - сказала девушка, покровительственно похлопав по плечу ошарашенного её превращением трактирщика. - Вернусь к утру.
Деревянные каблучки простучали по полу и миг спустя фея растворилась во тьме коридора
Глава 9
Выйдя на улицу, Энна остановилась. Если б только она знала, куда мог направить стопы свои Одинокий Путник, она без раздумий и колебаний пошла б за ним следом. Но неисповедим был путь его, а посему девушке оставалось только положиться на судьбу и идти, куда глаза глядят. Она посмотрела налево, потом направо, потом опять налево. Один конец улицы освещался яркими фонарями, а другой не освещался вовсе. Энна выбрала свет.
Ночь ещё не наступила, а город уже опустел. С треском захлопывались ставни, ворота и двери, всадники торопили своих коней, пешеходы ускоряли шаг. Девушка, не обращая никакого внимания на восхищенные взоры редких прохожих, медленно шла в сторону центра. Одинокий Путник вряд ли узнал бы свою подругу в этот момент и в этом великолепном одеянии: гибкий от природы стан её сейчас оставался недвижимо прям, ножки в изящных башмачках ступали ровными мелкими шагами, руки - в полном соответствии с этикетом - были сцеплены под грудью, а чинное выражение юного чистого лица свидетельствовало о благородном происхождении, строгом воспитании и высоком образовании. Само собой, столь приличной девице нечего было делать на улице одной, в позднее время. Поэтому, наверное, некий развязный молодой человек, только что вышедший из таверны, подскочил к ней с масляной улыбкою на красных, мокрых от пивной пены губах. "А вот и я, красотка, не меня ли ты ищешь?" - самонадеянно вопросил он, вихляясь перед нею. Девушка не отвечала. "А вот и я!" - снова завопил он, видимо, думая, что у красотки туго со слухом, но не успел выговорить следующее слово, как получил мощный удар в бок, захлебнулся и отлетел к стене. Позже, уже к утру, он очнется и не сможет вспомнить, что с ним произошло, но с этого дня почему-то будет сторониться прекрасных и нежных существ в длинных воздушных платьях и с кротостью во взоре...
Некоторое время спустя Энна заметила, что находится совсем недалеко от улицы Розовых Фонарей. Поначалу она не собиралась идти туда, отложив встречу с Лансере на следующий день, а пока намереваясь заняться поисками Одинокого Путника, но если уж сама судьба направила её, то сопротивляться не стоило. Путь определенный вдвое легче пути неизвестного - эту истину девушка познала давно, а потому, более не выбирая дороги, решительно свернула в переулок и заспешила в сторону дома Бадов.
* * *
Розовые фонари вспыхнули как раз в тот миг, когда нога Энны ступила на мостовую этой улицы. В досаде сплюнув, благородная девица тихо выругалась и остановилась. Хаки по-прежнему прогуливались возле дома. Их лица выражали скуку и даже легкую грусть - чувства, свойственные обычно слишком романтически настроенным поэтам. Впрочем, в некотором смысле хаки и были поэтами, ибо только человек, склонный к изящному, станет тратить время на созерцание чужого дома и чужого сада. Всякому же простолюдину для любования будет вполне достаточно собственного имущества...
Энна вздохнула, проклиная про себя неутомимых соглядатаев. Конечно, они и близко не подпустят её к воротам. Однако сейчас она чувствовала такую уверенность в том, что ей необходимо увидеть Лансере Бада, что никаким хакам не удалось бы её задержать. Оставалось выбрать способ действия.
Лучше всего было бы поубивать всех и спокойно идти в дом, но двое из хаков болтались в самом конце улицы, так что Энне пришлось бы сначала прирезать тех, что поближе, а потом гнаться за ними. Девушка с сомнением покачала головой: по крайней мере одного она упустит точно, а сие значит, что в скором времени сюда прибудет вся ниламская рать.
Другой способ - пробраться потихоньку к стене и перелезть через неё Энна отвергла сразу. Фонари светят во всю мощь, и только совсем уж ненормальный при таком освещении примет её за птицу или привидение.
Пожалуй, наиболее подходящим был самый мирный, хотя и не самый приятный для Энны способ...
* * *
Завидев девицу, спешащую прямиком к воротам дома Бадов, старший из хаков - дородный муж средних лет с огромными обвислыми усами насторожился. Что-то знакомое почудилось ему в этой особе с гривой чудных рыжих волос, с гордой посадкой головы и стройной гибкой фигурой. Недолго думая, он вышел из-за фонаря и преградил ей путь.
- Э-э, милейшая госпожа, постой!
- Ах! - нежным голоском сказала девушка, послушно останавливаясь.
- Куда же ты так торопишься?
- Туда! - Энна доверчиво посмотрела на усача, ткнула пальцем в сторону ворот и на всякий случай добавила: - Ах!
- Зачем? - строго вопросил он.
- Там... Там живет... ОН!
- ОН? А кто ОН такой?
Слезы блеснули в прекрасных глазах девушки. Она кротко вздохнула и заморгала длинными темными ресницами, возбуждая в усаче непреодолимое желание прижать её к могучей груди и утешить жарким поцелуем. Он бы так и сделал, если б не любопытные сотоварищи, гуляющие вокруг и с каждым шагом норовящие приблизиться к нему и юной красавице.
- Злой старик... - прошептала она.
- Кто? - вздрогнул хак, приняв "злого старика" на свой счет.
- ОН...
- Хм-м... А у НЕГО есть имя?
- Да... Его зовут... Лансере Бад.
- Хм-м-м... - усач видимо удивился, что, в свою очередь, удивило девушку - неужели он не знает, кто живет в доме, за которым он следит? - И что же натворил злой старик Лансере Бад?
- Он... он обесчестил меня дней пять тому назад, - бухнула Энна, мысленно горячо испросив прощения у дяди Тротби за столь наглый оговор.
- Хм-м-м... - хак глянул на неё уже с явным с подозрением. - Как ты говоришь, милейшая госпожа? Дней пять назад?
- А то и все десять, - со вздохом махнула рукой Энна.
- Что?!!
Про себя Энна вздохнула: надо же, какой ей попался прилипчивый хак. Может, достать из рукава кинжал, заколоть его, да и дело с концом? Нет, не годится... Тут же набегут остальные...
- Да я не помню точно, - она попыталась исправить оплошность. - После того кошмара у меня отшибло память. Из прошлого припоминается только имя насильника да ещё то, что я была девственницей.
Для убедительности Энна всхлипнула, но тут же замолчала, ибо вместо плача у неё вышел смешок. К счастью, хак этого не заметил.
- Что ж, - пожал он плечами. - Проходи. Может, он теперь женится на тебе.
- Я мечтаю об этом, - поспешно сказала Энна, направляясь к воротам.