"У меня тот же вопрос", - ответил я тому другому "я".
Кален Гарендот проигнорировал нас обоих.
"Калверт", - внезапно вспомнил я, надвигаясь на Гарендота. "Калверт взял мою кровь. Ты клонировал меня".
Вот почему он взял меня с собой, почему держал рядом на протяжении всей битвы. Не потому, что я был единственным оружием, которое его второе "я" не могло воспроизвести, а потому, что я был единственным оружием, которое, как он был уверен, у нее было.
Серия "Ангелус" ...
Серии.
Скольких из меня Кхарн вырастил в недрах Воргоссоса?
"У тебя мои воспоминания", - сказал я.
"Это мои воспоминания!" - крикнул другой Адриан. "Я знаю, что реально!" И снова про себя, более тихо. "Я знаю, что реально..."
На Джадде люди Алдии взяли у меня кровь, клеточные культуры, снимки мозга - все, что могли. Это была цена, которую я заплатил за жизнь Кассандры и за свою собственную. Но Алдия не зашел так далеко.
Дистанционный синаптический кинезис, как называл это Сагара. Передача мыслей и образа. Когда он успел просканировать меня? И как? Возможно, во время моего долгого заточения? Когда мы с Валкой дрожали от холода на электростанции под дворцом?
И все это для того, чтобы изолировать, воспроизвести дар, который дал мне Тихий.
Мою вторую жизнь.
И даже больше.
Гарендот боялся, что его сестринское "я" открыло видение Тихого, что в недрах Воргоссоса нас ждет целая армия Адрианов Марло, каждый из которых способен ломать время, как я. У меня не было видения, когда я впервые попал в это проклятое место, но было ли во мне хоть какое-то зерно способности уже тогда?
Нашел ли его другой Сагара?
"Если ты собираешься убить меня, убей", - сказал мой двойник. "Убей меня, как ты убил других."
"Других?" спросил я.
"Ты один из них", - сказал другой Адриан. "Ты - не я".
"Отпустите его!" крикнул я драгунам и Гарендоту. "Черт бы вас всех побрал, отпустите его!" Никто не двинулся с места, и, опустившись на одно колено перед моим вторым "я", я схватил его за плечи. "Ты видел это?" спросил я. "Тьму после смерти? Черный город?"
Моя копия посмотрела на меня, прищурив фиолетовые глаза. "Ты сумасшедший", - фыркнул он.
"Ты знаешь Тихого?" спросил я.
"Тихий?" Другой Адриан моргнул. "Это что, какой-то тест? Какое отношение Тихие имеют к чему-либо? Они меня не спасали".
Они… Он не знал. Я не знал, когда покидал Воргоссос, не знал правды.
Не знал и он.
Я оглядел всех остальных, посмотрел на Калена Гарендота, возвышавшегося над нами, как гора. Драгуны толкали своего пленного клона, а тот, что стоял позади, держал копье наготове у его затылка. Кассандра застыла рядом с Рамантану, который достаточно разбирался в человеческих эмоциях, чтобы перехватить поудобнее скимитар в рукоятке. Гарендот, окруженный своими стражниками, не шевелился, стоял, ссутулив плечи, как икона какого-то золотого бога.
"Сколько таких еще?" спросил я у своего второго "я".
Гомункул покачал головой.
"Сколько?"
2Мэйв заерзала рядом со своим господином, воодушевленная каким-то откровением. "Он назвал вас Сагарой, - сказала она, обращаясь к своему сеньору. "Сир, что он имел в виду?"
Но Гарендот не слышал ее, его мысли были далеко, он носился по датасфере в поисках своего второго "я".
"Сколько таких, как я, здесь?" снова спросил я клона.
"Сир?"
"Сколько?"
"Что он имел в виду?"
Люди воспринимают войну и сражения как простые события, происходящие в течение определенных периодов времени в определенном месте. Но война - это место само по себе. Новая вселенная, со своими законами времени и пространства. Секунды, которые в обычном времени могли бы пройти одна за другой, на войне проходят все сразу, так что часы исчезают за мгновения - или не проходят вовсе. На войне часто в одной секунде заключена целая жизнь.
Так было и с этим мгновением.
Казалось, сотня событий произошла одновременно.
Но все началось с крика клона.
Другой Адриан забился в конвульсиях, издав высокий пронзительный вопль. Он мог бы упасть, но драгуны крепко держали его. Он выгнул спину, запрокинул голову, глаза закатились, рот широко раскрылся в приступе безумия. Я встал на ноги, поспешив убраться подальше. Воздух вокруг клона и его стражников вспыхнул бледной молнией, и все трое мужчин дернулись, когда их пронзил ток. Золотая мантия затлела, вспыхнув пламенем. Драгун, стоявший непосредственно за копией, выстрелил из своего копья, но выстрел, по-видимому, не возымел никакого эффекта. Копия снова закричала, когда драгуны упали на нее сверху. Возможно, мертвые или оглушенные. Золотая рука моего клона сомкнулась на запястье одного из драгун и отделилась от позолоченного запястья.