Квадрун Ворчливый скорчил более кислую физиономию, чем обычно.
- А мне это зачем? – брюзгливо осведомился он.
- Во-первых, это принесет вам немалый и стабильный доход, - начал перечислять возможные блага Долинус. – Во-вторых, это поднимет уважение народа к отечественной магии и персонально к вам, почтенный Квадрун. Ну и далеко не в последних: вы заслужите искреннюю благодарность правительства. Причем не только в моем лице, но и в лице Его Величества.
- Не интересует, - буркнул в ответ Квадрун.
- Тогда подумайте о процветании родного края, - зашел с другой стороны Долинус. - Оглянитесь вокруг! Сейчас в окрестностях Венетума только пятнадцать процентов домов опекаются домовыми, действительно достойными этого звания. В остальных ютится нечто, непостижимое даже Хаосу. Я уж не говорю про ту треть деревень, которые вообще лишены магической поддержки!
- Мои им соболезнования, - совершенно равнодушно сказал Квадрун Ворчливый.
- Ваше сочувствие этим несчастным – это, разумеется, прекрасно, - Долинус дипломатично не заметил равнодушия в тоне великого алхимика. – Но есть и еще кое-что, что вы можете сделать для них. Не без выгоды для себя, разумеется.
Квадрун Ворчливый тяжело вздохнул.
- Губернатор, вы хоть представляете, как тяжело вырастить полноценного мурлона, способного к самостоятельной деятельности?
Этого Долинус не представлял даже приблизительно, но он представлял, как надо ответить:
- Вот поэтому я и обращаюсь именно к вам, уважаемый Квадрун. Ну как я могу доверить такое дело не нюхавшим зелья молодым? А с вами я был бы совершенно спокоен за результат.
- Напрасно, кстати, - буркнул Квадрун Ворчливый. – У эльфов за века отлажена методика, а мне придется пробовать, экспериментировать.
- Так попробуйте! – воскликнул Долинус. – Уверен, что результат не разочарует вас, а я, со своей стороны, обещаю вам всяческое содействие.
- Мне не нужно содействие, - сообщил ему Квадрун Ворчливый. – Все, что мне нужно – это покой.
- А я куда клоню? – ловко подхватил новую тему Долинус. – Сейчас крестьяне то и дело досаждают вам своими просьбами, а как только мы проведем полноценную магификацию сельского хозяйства, количество обращений к магам по пустякам уменьшится в разы.
Квадрун Ворчливый задумчиво почесал подбородок.
- Я не уверен, что вы проведете ее успешно. Эти люди селились где попало, без учета магической структуры ландшафта, вдали от силовых линий. А теперь жалуются. Только толку-то? Без постоянной энергетической поддержки способны активно творить лишь сильнейшие из волшебников. На каждую деревню – по высшему магу? На всей Галлане их столько не будет, губернатор. А тянуть свои линии на такие расстояния мы пока не научились. Вот селились бы они рядом с волшебными башнями, тогда и магия была бы в каждом доме.
- Вот как? – начал сердится Долинус. - А кто постоянно жалуется, что крестьянские хозяйства своим шумом мешают полноценной магической деятельности? Кто требует убрать все мельницы, скотные дворы и даже пасеки к демонам на выселки?! Вот вы сами мне третьего дня жалобу подали, требуя убрать новую лесопилку. А где она, а где ваша башня?!
- Так одно дело – жить, а совсем другое – притаскивать с собой свою работу, - возразил Квадрун Ворчливый. – Все-таки во всем должна быть мера.
- Правильно, - подхватил Долинус. – Пусть во всем будет мера. И в наших добрососедских отношениях тоже. Давайте открыто идти навстречу друг другу, и совместно строить наше общее счастливое будущее.
- Намекаете, что от моего согласия зависит – уберете вы эту гуделку от моей башни, или нет? – подозрительно уточнил Квадрун.
- Скажем так, мне будет сложно не учитывать этот момент при вынесении окончательного решения, - дипломатично ответил Долинус.
Великий алхимик фыркнул, и посмотрел на небо. Серебристые облачка лениво ползли в сторону моря. Квадрун Ворчливый с недовольством подумал, что этот спор он проиграл. А ведь это уже не один потерянный день. Подобная работа может отнять недели, а то и месяцы. Да и сами мурлоны выращиваются не из воздуха. Придется потратить редкие травы. Либо смириться с постоянным гудением лесопилки. Квадрун Ворчливый всерьез обдумал эту мысль, и с сожалением отбросил ее прочь. Губернатор все равно сумеет настоять на своем, но уже на других условиях. Придется взяться за это дело, хотя для великого алхимика сразу было очевидно - ничем хорошим оно не кончится.