- Мы шарики запускали, - гордо сообщила Тика.
- Позапускали, и будет, - строго сказал Карл. – Давайте-ка, значит, умываться и обедать.
Обедать – это завсегда здорово. Жаль только, что с таким рачительным хозяином, как Карл Рыбовод, обед ну никак не получится растянуть аккурат до ужина. Эту грустную мысль озвучил Толстяк, когда все вернулись обратно в гостиную. Лохмушка фыркнула. Карл Рыбовод то ли не расслышал, то ли пропустил реплику Толстяка мимо ушей.
Новых поручений ташасы так и не получили. Карл Рыбовод собрал кресло, да так и завис в нем, с воодушевлением расписывая, как здорово они заживут, когда рыбки вырастут и будут проданы. Тика слушала, разинув рот, а ташасам было скучно. Все, что Карл Рыбовод нафантазировал, они сразу увидели в астрале, и слушать не очень внятный пересказ уже увиденного им было попросту не интересно. Если бы не Умник, контролировавший шар, давно бы убежали.
Ближе к вечеру Карл Рыбовод самолично покормил рыбок, а там и время ужина подоспело. Плотно покушав и ничего за день не сделав, ташасы ощущали настоящую жажду деятельности. У магических существ всегда так. Все поглощенная пища преобразуется в энергию, а энергия должна растрачиваться. Иначе она накапливается, накапливается, а потом бац – и лопнет бедное создание, как мыльный пузырь. Ташасам такая перспектива совершенно не нравилась, но Карл Рыбовод почему-то упорно не хотел поручить им даже самого пустячного дела. Да еще и спать всех пораньше отправил, мотивировав это тем, что завтра чуть свет поднимет. Вот тогда, мол, работа и будет.
Ташасы послушно убежали на чердак. Спать никому не хотелось. Да и как тут уснешь, когда энергия буквально кипела в жилах, требуя выхода.
- Давайте что ли пыль до конца уберем? – предложила Лохмушка.
Умник скривил недовольную мордочку. Хитрец почесал в затылке и сказал, что надо бы, но нет ли предложений поинтереснее.
- Поинтереснее нет, - ответила, как отрезала, Лохмушка. – Это, между прочим, теперь наша комната, а выглядит она, как запущенный чердак.
- Так она и есть чердак, - пробасил Толстяк.
Дымчатая ташаска гневно дернула хвостом.
- Он был чердаком. А теперь это наша комната, и нам самим должно быть тут приятно находиться. Верно?!
Что должно быть приятно находиться – это, конечно, верно, а, раз так, то пришлось согласиться и со всем остальным. В смысле, взяться за веники.
- Только давайте не шуметь, а-то Карл прибежит, - предупредил Умник.
Все согласно кинули. Раз уж это их комната, нечего Карлу тут делать. Аккуратно, почти бережно смахнув свежую пыль с треснувшего корпуса от печки, ташасы погнали ее дальше по чердаку. Где-то уже во второй половине Хитрец, увлекшись, вместо пыли маханул веником по Лохмушке. Не успел он осознать свою ошибку и извиниться, как дымчатая развернулась и с размаху съездила ему веником по мордочке. Хитрец возмущенно размахнулся веником, не заметив подходившего сзади Толстяка. Пыльный веник шмякнул по красной мордочке. Толстяк обиженно засопел, и взял веник наперевес.
Спустя несколько мгновений все трое уже носились друг за дружкой по чердаку. Умник с Балаболкой, конечно, никак не могли остаться в стороне от такого веселья. Отчаянно пищащая куча-мала прокатилась по деревянному полу и врезалась в стену. Тонкая доска скрипнула и легко вывалилась наружу.
- Ох ты йешки-барабошки! – сказал Хитрец.
Трещина была знатная. В нее без труда мог пролезть даже Толстяк. Хитрец высунул наружу голову и озадаченно посмотрел на валявшуюся внизу доску.
- Это как же мы так?
- Разогнались, наверное, - пробасил Толстяк.
Умник чуть ли не обнюхал жердину, служившую стропилами, и возмущенно чихнул.
- Да он сам ее не закрепил. Вот! Йешки-барабошки, ни клея, ни следа от гвоздя. Наверное, наметил, приставил, а потом отвлекся и забыл.
Хитрец тоже понюхал жердину, и согласился, что так, скорее всего, и было.
- Так надо Карлу сказать, чтобы починил, - предложила Балаболка.
- Ага. А он скажет, что это мы сломали, - проворчала Лохмушка.
- Все равно чинить ему, - фыркнул Умник.
- Но нам не все равно, что он при этом о нас скажет, - глубокомысленно изрек Хитрец.
- Разве? – удивился Толстяк.
- Рисковать не будем, - принял решение Хитрец. – Надо поставить доску обратно, а утром скажем, что обнаружили непорядок.
Умник усмехнулся.
- А он полезет проверять, и эта доска на него свалится.
- Его проблемы, - отмахнулся Хитрец. – Полезли.
Умник посмотрел по сторонам. Крыша соседнего дома примыкала вплотную к этому, и даже немного выступала к реке. Если вылезать на самом углу, то как раз на нее перебраться можно. Ташасы так и поступили. Первым был Умник. Последним, тяжело кряхтя, перебрался Толстяк.