В располаге росгвардейцев поддерживается чистота, насколько её можно поддерживать в военное время. Мне даже шлёпанцы выдали для удобства. Выделили и спальное место – несколько помещений подвала заставлены кроватями, и я выбрал себе одну из предложенных.
В подвале оборудован медпункт, моя койка располагалась как раз напротив; за полиэтиленовой шторкой по-операционному холодно светит лампа, виден стол с лекарствами, пустая медицинская тахта заправлена непривычно белой простынёй. Посетители в медпункте нечасты – тьфу-тьфу-тьфу, – пока к военному медику обращаются только с простудой и занозами.
Имеется офицерская столовая – на длинном столе расставлены тарелки, салфетки и приборы. Из блюд – и первое, и второе, и печенье на десерт. Поваром служит забавный парень. К сожалению, позывным я его не поинтересовался, а имя сообщить не могу. Готовил он под музыку – утром я слышал, как за газовой плитой он напевал «о, шозелизе!».
Без музыки всё несовершенно, и повар относился к своему делу с душой. Скупое ввиду военных обстоятельств меню он старался разнообразить. Например, в один из дней нас он побаловал драниками.
В одном из помещений оборудован душ. Но ни водоснабжение, ни канализация не работают. Воду росгвардейцы таскают сами. Ну а для оправления естественных нужд надо подняться вверх на разрушенные этажи.
Такие вот удобства в обстоятельствах войны.
Видеосалон в боевой обстановке
Кинотеатр! Про него нужно рассказать отдельно. Росгвардейцы получили от волонтёров в подарок большой телевизор с приставкой, и теперь одним из видов досуга у бойцов стал просмотр фильмов. Так как в мирной жизни я являюсь кинокритиком и пишу рецензии, то мне было интересно ознакомиться с представленным на полке репертуаром.
Синематека небольшая – несколько десятков дисков стоят в ряд. В основном росгвардейцы предпочитают смотреть фильмы, близкие их роду деятельности, то есть боевики. Есть среди них и неплохие – например, меня, киноэстета, «Падение “Чёрного ястреба”» ничем не раздражает.
Конечно, во множестве присутствовали и второсортные фильмы, но я осторожно предложил ребятам посмотреть «Мотылёк», снятый по одноимённому бестселлеру.
Это история одного француза-каторжника, несправедливо осуждённого. Всю жизнь он пытался сбежать, пытался изменить свою судьбу, но в итоге сбегал из одной тюрьмы и попадал в другую. История эта реальная, автор книги является прототипом главного героя. Но, надо сказать, на этом сюжете построены многие произведения великой французской литературы. Тут и «Граф Монте-Кристо» Дюма, и «Отверженные» Гюго. И там и там герой противостоит року, фатуму, Ананке по-древнегречески, и в то же время является как игрушкой судьбы, так и её инструментом.
Бойцы, как мне показалось, с интересом смотрели предложенного мной «Мотылька». Пикантность ситуации заключалось в том, что росгвардейцы по роду деятельности ближе к надзирателям, чем к несправедливо осуждённым. Но смотрели же они «Фартовый» – фильм про лагерь и НКВД, кино схожей тематики, только низкого качества.
Диск был с новым «Мотыльком», 2017 года. И хотя эта экранизация получила несколько призов, мне фильм показался несколько «пластмассовым» и неживым. Старый фильм, 1973 года, куда больше нравится. В старом играет Дастин Хоффман – великий актёр. Я вынашиваю одну идею книги о кино – сборника рецензий, где фильмы будут подобраны по принципу одного сильного момента. Так вот, в старом «Мотыльке» есть сцена, где главный герой выходит из карцера, в котором просидел два года, и его встречает друг-каторжанин, которого играет Хоффман. И играет он его в этой сцене так, что слёзы наворачиваются на глаза. В новой экранизации ничего подобного нет.
Ещё я с большим удовольствием пересмотрел в расположении, раз пятый уже, наверное, «Леон-киллер». И этот фильм не так прост, как кажется. Опять же пара – преступник и девочка – это отсылка к «Отверженным» Гюго, к главным героям книги: беглому каторжнику Жану Вальжану и спасённой им девочке Козетте. И в «Леоне» Люка Бессона есть сильная сцена. Девочка возвращается из магазина и видит, что всю её семью убили полицейские, и она стучится в дверь к соседу-киллеру. Киллер долго раздумывает и наконец открывает дверь, тем самым спасая её от смерти. Подобная сцена есть и в «Отверженных», почитайте Гюго. Люк Бессон снимал отличное интертекстуальное кино, пока не опустился до уровня «Такси». Впрочем, «Такси» росгвардейцы тоже при мне посмотрели.