Ещё запомнился один дурацкий американский боевик, где главный злодей – российский министр обороны. Названия не помню, но там был забавный момент, когда «наш» маршал задумал переворот и говорит ошалевшему от вскрывшейся правды премьер-министру:
– Нет, Николай, к тому времени как люди узнают, что произошло, страна будет воевать, и волновать всех будет лишь победа.
В точку, ха-ха-ха-ха.
Тайны росгвардейцев и дома Романовых
«Я знаю, за что воюю. Я воюю за Родину. А Родина у нас кто? Я, он, она – вместе дружная страна. Родина – это люди. А ты за что воюешь?» – спрашиваю. «За свободу». – «За какую свободу, тебя в чём-то ограничивали?» – «Это вы пришли сюда». – «А зачем мы сюда пришли, не знаешь – «Не знаю». – «А я знаю. Вы же за свободу, за демократию? Вот люди Крыма, Донбасса, Луганска, из других областей, в частности из Одессы, в которой бандеровцы спалили Дом профсоюзов, – вам же их позиция не понравилась? Вы же их жгли, обстреливали, убивали. Поэтому мы здесь», – пересказывает мне свой разговор с пленным ветераном АТО росгвардеец Худой.
Худой – парень простой, но сложные вещи понимает правильно. Родина – это ведь не про территорию. Родина – это прежде всего люди. Где наши люди, там и Родина. Она может быть и в Сирии, а может быть и на Украине. Именно за русских, с которыми поступили несправедливо, Худой и воюет. Поэтому он здесь.
В обществе сложился стереотип, что бойцы силовых структур – это недалёкие люди, которые, кроме оружия и силовых тренировок, ничем не интересуются.
Однако, беседуя в расположении с росгвардейцами, я отметил неплохой уровень образования. В свободное от дежурства время некоторые не только смотрели кино, но и книги читали. Причём некоторые книги исторически и географически соответствовали происходящему на Украине. Например, Маугли – это позывной младшего офицера, с которым я познакомился, – читал Гоголя и «Белую гвардию» Булгакова. Ещё на развалинах он раздобыл книгу-энциклопедию «Тайны дома Романовых» – Маугли интересовался историческими темами.
Ещё Маугли учит в свободное время английский язык – англо-русский словарь весь в закладках. Для него это был второй иностранный, так-то он французский уже знал. Росгвардеец с двумя языками – а что? Вдруг пригодится, мало ли куда Родина забросит?
Вот какие интересные парни в Росгвардии служат.
Служат в подразделении и ветераны. О Маугли рассказал, расскажу про Акелу.
– О, дядя Коля вернулся!
В подвал спустился в полной разгрузке и каске седой мужик. Загорелое лицо изрезано руслами морщин.
Дяде Коле (имя изменено) пятьдесят шесть лет. Опыта ему не занимать. Он и старый волк, и стреляный воробей. Начиная с Афгана, можно все горячие точки на теле распавшегося СССР называть – не ошибёшься, везде дядя Коля побывал. Мы беседовали с ним о Карабахе и Южной Осетии – в этих точках побывал и я.
Только в командировках дядя Коля живёт полноценной жизнью.
– Я дома с гражданскими вообще не могу общаться. Приезжаю, беру палатку и сразу на рыбалку.
Ходит дядя Коля, разминается. А глаза горят молодецкой удалью – не стареют душой ветераны.
Парни, чуть что, дядю Колю спрашивают. Когда началась спецоперация, их кинули на киевское направление. Понятное дело, всем сказали, что на учения едут. И вот едут они поздно вечером в тёмную неизвестность…
– А мы едем в ночи, вроде тишина – описывает волнующий момент дядя Коля, – а я всем говорю: вот как будет: в первой деревне одинокий фонарь будет – светить, во второй бабка на дорогу выйдет. А в третьей всё и начнётся.
И началось. Так всё и вышло, как дядя Коля предсказывал – через некоторое время росгвардейцы приняли первый бой.
► Попасная. Росгвардейцы на зачистке
Утренняя атака
В 04:00 меня будят, и я в сопровождении отправляюсь на один из наблюдательных постов.
Мы поднимаемся на самый верх жилого дома. Бывшего жилого дома, сейчас здесь никто не живёт. Сверху видать весь город. Торчат башни котельных, крыши домой скомканы, все в тёмных прорехах. Зелень деревьев внизу прикрывает стыд разрушений.
Светает, но небо ещё укутано сумраком ночи. Моросит дождь, щебечут птицы. Визжат, бешено кружа, собираясь и рассыпаясь по пасмурному небу, стаи ласточек.
Чу! Где-то далеко начинает стрекотать. Стрекот нарастает, всё громче, громче, громче. И вот я вижу, как справа над городом на низкой высоте пролетают чёрные вертолёты. Один, второй… Это наши вертолёты.