Он увидел расширяющиеся глаза «костюма» и поспешил его успокоить:
— Там правила безопасности есть, регламенты, — немного помолчал и добавил: — Но сейчас они конфликтуют с правилами игры. ИИ ненавидит незавершённость — в этом отношении от перфекционист.
— Смотрите, — вдруг вскрикнул кто-то.
На Экране Захар в очередной раз кубарем отлетал в сторону джунглей с рассечённой бровью, из которой стекала струйка крови.
«Костюм» вдохнул глубоко и закрыл глаза. Секунду постоял так, успокаиваясь.
— На любом фанатичном убеждении можно играть, — сказал он на выдохе, открывая глаза, — это неприятие незавершённости может стать его слабостью. Дайте ему ещё большую незавершённость.
«Кучерявый» замер и уставился на него. Потом щёлкнул пальцем и прошептал:
— Гениально.
Он кинулся к мониторам и начал быстро стучать по клавишам, поглядывая иногда на экран. Решение пришло как-то сразу, и он старался успеть, пока…. Он старался не думать, чем это всё может закончиться.
— Что ты придумал? — «костюм» смотрел на него с надеждой.
— Пытаюсь договориться, — «кучерявый» отвечал, продолжая жать на клавиши. — Объяснить… Это не бой. Это бойня. Хочу доказать, что это не по правилам. Когда бьёт только один.
— Получается? — тихо спросил «костюм», пытаясь по бегущим на экране строчкам понять хоть что-то.
— Вроде… задумался, — «кучерявый» довольно потёр руки. — Думаю, что сработает.
— Он их отпустит?
Нетерпение нарастало пропорционально накалу боя на экранах.
Экран замер на пару секунду, и снова побежали строчки кода. Дерево решений разрасталось, перестраивалось, и наконец высветилось:
«Боевой паттерн определён как аномальный. Сопротивление отсутствует. Результат: незавершённость».
— Он согласен, — выдохнул «кучерявый» и дальше начал читать вслух: — Поиск решения. Варианты. Первое. Принудительное завершение с уничтожением босса. Второе. Перезапуск итерации. Третье…
— Два, — быстро сказал «костюм», — второй вариант.
— Только с сохранением памяти, — довольно бормотал себе под нос набираемый текст кучерявый, — иначе бесконечный цикл запустим.
«Костюм» посмотрел на экран. Захар лежал на земле и смотрел в небо. Илья занёс руку для последнего удара.
— Ну что, получается?
— Пока не понимаю, — «кучерявый» смотрел на экран, ожидая ответа. — Но думаю, что да.
ИскИн не отвечал. Прошла секунда, вторая. В комнате никто не дышал.
Потом экран мигнул и высветил:
«Условия приняты. Возврат к точке ветвления. Память отряда сохранена. Предупреждение: повторная итерация — последняя. При повторении аномального паттерна вмешательство системы прекращается».
— Он согласился, — «кучерявый» подскочил со стула и победно вскинул руку вверх. — Чёрт возьми, он согласился! У нас получилось!
— А что значит «вмешательство прекращается»? — спросил «костюм».
— Значит — будут биться до последнего. Или останутся там. Хрен его знает. Главное, что время выиграли.
— А если Комаров тоже самое выберет? — спросил кто-то.
— Не выберет, — в такие минуты «костюму» очень хотелось в него верить. — Он же не идиот.
А на экране Захар лежал на земле с раскинутыми руками, повернув голову к отряду.
Илья занёс руку для последнего удара.
И тут мир на экране начал распадаться.
Фигуры Ильи, Захара, всего отряда стали таять, расплываться и рассыпаться на мелкие пиксели.
«Кучерявый» смотрел на это, не понимая, что происходит.
Последняя надпись повисла на несколько секунд:
«Для исключения дальнейшего постороннего вмешательства все, кроме прямых участников, отстраняются».
Экраны погасли.
На пару секунд снова повисла тишина, и тут «костюм» не выдержал.
Он не просто повысил голос, а зарычал — хрипло, зло:
— Да вы вообще на что-то способны?! Если вы с этим чёртовым ИИ справиться не можете — найдите тех, кто может. Срочно! Иначе… всех, без выходного пособия!
Последние слова он почти прорычал, тыча пальцем в каждого по очереди.
Подскочили все.
Кто-то полез к розеткам, кто-то начал куда-то звонить, «кучерявый» жал на клавиши, пытаясь реанимировать потухшие мониторы.
«Костюм» опустился на стул и прошептал в никуда:
— Не подведи, Комаров.
Глава 34. Второй шанс
Захар лежал на земле, покрытой пожухлой травой.
Мутная пелена застилала глаза, отгораживая от Ильи.
«Надеюсь, что больно не будет. Просто очнусь дома в тапочках».