— Захар! — крикнула Като. — Не слушай их. Ты сам решай.
Захар смотрел на табло, на цифры. На Илью, который застыл с поднятой рукой. Время на размышление подходило к концу.
«Эмпатия, — подумал он. — Если он почувствует… нас. Себя. Может, остановится».
Он закрыл глаза.
— Система, — сказал он. — Все очки на эмпатию.
— Что? — не понял Стас. — Все? Ты с ума сошёл?
— Все, — повторил Захар.
— Ты без параметров ноль! — заорал Стас. — Ты не сможешь даже стоять!
— Смогу.
— Тебя сейчас мотивация держит! Не смей!
Но Захар уже шептал:
— Все очки… на эмпатию… передать Илье.
Система отреагировала:
«Принято. Параметры обнулены. 108 очков эмпатии переданы игроку Илья.
Бонус жертвенности: очки увеличены в 1.5 раза. Итоговое значение эмпатии Ильи: 162.
Параметры Ни рыба, ни мясо: Сила — 0. Эмпатия — 0. Хитрость — 0. Осторожность — 0. Гнев — 0. Мотивация — 0».
Но Захар уже и сам почувствовал обнуление параметров. Боли не было, была пустота. Он перестал чувствовать отряд, Илью. Даже самого себя.
— Захар! — крикнула Эль. — Ты как?
Он хотел ответить, но не смог. Сил не было.
Илья замер. Глаза его расширились. Он опустил руку.
Посмотрел на отряд, на Захара. Потом посмотрел на свои руки.
Вся боль, которую он причинил, ворвалась в его сознание.
Он заплакал. Тихо, почти не слышно.
— Простите, — одними губами прошептал он. — Простите меня.
Он сделал шаг к Захару, чтобы помочь. Протянул руку.
Но даже это осторожное, почти невесомое движение оказалось слишком сильным. Волна воздуха ударила Захара, отбросила от камня.
Он упал на спину, раскинув руки. И больше не встал.
— Нееет! — закричала Като и упала на колени.
Но он не слышал.
Он лежал на земле, глядя в небо мутными глазами, и не чувствовал ничего.
Не было ни боли, ни страха, ни сожаления.
«Скорее бы всё закончилось!»
— Захар! — крикнул Гур. — Держись. Не отключайся.
— Не подходите, — прошептал Захар одними губами. — Он победил.
А над поляной мигало табло:
«Бой продолжается. Оба игрока ещё в строю».
— В смысле в строю? — крикнул зло в небо Стас. — А что для тебя «не в строю», тупица?
Илья стоял над Захаром, сжимая и разжимая кулаки. Он смотрел то на Захара, то на табло, ощущая то бессильную ярость против системы, то отчаяние отряда.
«Бой продолжается, — повторила система. — Выход не разблокирован».
Захар взглянул на табло и потерял сознание.
Глава 37. К чёрту каноны
Илья замер.
Нахлынувшие эмоции на мгновенье погасили гнев. Даже кожа его немного посветлела.
Глубоко в его глазах мелькнуло что-то человеческое. Отряд почувствовал это даже без эмпатии. Илья смотрел на Захара, на отряд, на портал, и в этом взгляде была тоска, раскаяние и боль.
Но тут он снова взглянул на табло, и гнев хлынул изнутри с удвоенной силой.
Гнев на систему, на тех, кто это всё придумал, на себя. Илья зарычал, пытаясь подавить в себе всё, кроме гнева. И поднял руку.
Невысоко — бить во всю силу теперь не мог. Эмпатия сделала своё дело — ослабила, заставила сомневаться. Но для Захара, у которого все параметры обнулились, даже эта волна была бы смертельной. Не было больше мотивации, которая заставляла его действовать, не было гнева, который придавал сил, не было даже хитрости, чтобы найти какое-то решение.
— Мы так и будем стоять?! — голос Като сорвался на крик.
Отряд замер у портала. Вера в Захара жила до последнего, и теперь никто не понимал, что делать. Гур нервно сжимал меч. Эль закрыла лицо руками. Малой стоял с расширенными зрачками, не в силах пошевелиться. Стас посмотрел на табло, на цифры, на Илью, на Захара и закусил губу.
— Мы ничего не можем, — выдавил он. — Иначе выход заблокируют. И нас обнулят.
— Но он же сейчас его… — прошептал Малой.
И тут Гур сдвинул Стаса в сторону и шагнул вниз с площадки портала:
— Правила, каноны… Захар, мы отряд! Без тебя не уйдем.
Он вытащил меч из ножен и шагнул вперёд, поглядывая на Илью.
Тот не спешил наносить удар, будто хотел, чтоб ему помешали.
— Гур, стой! — крикнул Стас. — Ты же слышал, что система сказала!
— Да чтоб вашей системе пусто было! — Гур не обернулся. — Пусть идёт к чёрту со своими правилами.
И он побежал. Тяжело, неуклюже, на ходу поднимая меч и поворачивая к Илье плашмя.
— Захар, держись! — крикнула Като и рванула следом.
Эль подняла голову, убрала руки от лица. Отчаяние сменилось решимостью, и она бросилась к Захару. Мантия развевалась на ходу, шар уже начинал искриться между пальцев.