Стол изогнулся и встал на дыбы!
Девочка ахнула и схватилась за Дара, чтоб не скатиться. Её фамильяр-мышка вцепилась ей в волосы. Парта забила по воздуху передними ножками, а потом с шумом опустилась, подняв пыль.
Девочка успела выдохнуть, думая, что на этом всё закончилось. Но не тут-то было — парта громко и звонко зацокала по полу, задорно подбрасывая наездников вверх.
Все в зале залились смехом и повставали со своих мест, чтоб следить за представлением.
Парта прыгала всё быстрее, пытаясь сбросить всадников. Дар хохотал, девочка визжала. Себастиан, и без того пребывающий в ужасе, закричал: «Глаза б мои не видели!» и заметался по классу.
Эли в замешательстве переглянулась с Тилем, пора было вмешаться.
— Тпру! — сказал Дар, и парта встала на своё место, замерев.
Волосы девочки все растрепались. Мышка скатилась по волосам на её плечо и недовольно запищала.
— Ну, как тебе, круто? — как ни в чём не бывало, спросил Дар соседку.
Девочка пришла в себя. Она поджала губы, подняла свою сумку и, пнув напоследок парту, пересела в другой конец зала.
— Что не так?! Ты куда? Сама же жаловалась, что не хочешь со мной сидеть, потому что я ничего не умею?! — искренне удивлялся Дар. — Хочешь, покажу что-нибудь ещё?
Эли вместе со всеми прыснула со смеху. Себастиан подлетел к Дару, клюнул в темечко и начал отчитывать.
— Ему тоже стоит быть серьезнее. Если бы занимался, был бы одним из лучших учеников, — сказал Тиль о Даре. — Тебе бы поговорить с ним.
— Думаешь, я скажу — сиди учись, и он сразу же согласится? Так и представляю, как он отвечает: «Да, это разумно! Пойду зубрить!», — Эли улыбнулась.
— А ты уже слышала? Зелду, похоже, назовут гением столетия. Она изобрела поразительное заклинание.
— А я думала, что мне поднимет настроение ещё больше? — с сарказмом ответила Эли.
— Я тоже поначалу завидовал ей и злился, — улыбнулся Тиль. — Но она заслужила признания. Представляешь, она больше года каждый день ставила опыты. Одна, в лесу.
— Вот это молодец, — буркнула Эли.
— Ага, благодаря ей появится заклинание, меняющее судьбу!
— Чего? — Эли захлопала глазами, а потом покосилась на Мрака, чтоб убедиться, что он тоже это слышал.
— Сам не мог поверить! Это же какое мощное заклинание должно быть!
— И как же она доказала, что судьба меняется?
Эли недоверчиво сощурилась, а сама уже гадала: «Если моя судьба — потерять магию, то это можно изменить? Неужели Зелда смогла бы мне помочь?!»
— Была целая серия разных опытов. Например, если бросить яйцо с большой высоты, то его судьба — разбиться, верно?
Эли с Мраком переглянулись и вместе кивнули.
— После заклинания его спасала то ветвь, отброшенная ветром в сторону, то пролетающая птица. А если судьба загнанного Вольпертингера — быть съеденным девятихвостой лисицей, то ту или молния ударит в непогоду, или кто-то другой опередит, или клетка перевернется…
«Или хищный туман опередит их всех вместе взятых, — подумала Эли, вспомнив как в своём прошлом нашла Зелду без сознания, рядом с той тогда была клетка, а поодаль — спящий Вольпертингер с оплавленными, как свечи, рогами. — Вот что случилось тогда в лесу!»
— Похоже, её заклинание непредсказуемо, — вслух заметила она.
Тиль пожал плечами.
— Даже таким оно принесет невероятную силу и власть.
В дверях кто-то наигранно покашлял, и ученики расселись по своим местам. Зашёл учитель. Он был худым и высоким, а вытянутый колпак делал его и вовсе похожим на башню. Эли развернула свиток и макнула перо в чернильницу. Хорошо, что на «Истории и Эволюции Магии» не нужно было колдовать. А после она обязательно пообщается с Зелдой. Надежда всё ещё есть!
***
— Привет, Зелда! — Эли догнала её после занятия, не дожидаясь Дара и Тиля.
Зелда сначала удивленно вскинула брови, а потом брезгливо скривилась и сунула своего фамильяра-ящерку в карман.
— Ты всегда такая неопрятная! — она отступила на шаг. — Что это за пятна? Мел? Если не умеешь стирать, хотя бы научись колдовать. Сколдуй всю эту грязь с себя или сколдуйся сама. Смотреть противно.