— Вообще-то она неплохой человек и никому плохого никогда не делала. Не знаю, что они с Эли не поделили! — вздохнул Тиль.
— А, девочки, — протянул Дар. — Кто их поймёт?
— Ты, кстати, хорошо тут всё обустроил. И плед такой мягкий постелил, надо почаще сюда выбираться.
Их разговор прервало карканье позади.
— Беда! Беда! — кричал Себастиан, летя на всех парах.
Они подскочили. Дар машинально хлопнул в ладоши, и по углам крыши зажглись ещё шары света.
— Что случилось? Где Эли?
— Мы не знаем! — голос Себастиана впервые срывался на плач.
У Дара по спине пробежали мурашки.
— Мы — это кто? — спросил Тиль.
— Он обо мне, — из тьмы на крышу выпрыгнул Мрак и выплюнул к их ногам изо рта скомканную записку. — Прочтите, что здесь написано. Я умею читать, но очень медленно, только к утру разберу её каракули.
Тиль, увидев ком бумаги, отшатнулся и упал на матрас.
— Дай, я прочту, — сказал он тихим, решительным голосом, вытянув руку.
Когда они закончили читать письмо Эли, воцарилось зловещее молчание.
Дар вдруг понял, что и шёпота больше не слышит. Он резко обернулся. С открытыми ртами из-за зарослей повылезали все: и человеточки, и подкамники, и феи, и желторотики, и даже саженцы лесных деревьев в любопытстве склонились в их сторону.
Мрака, явно сдерживающего эмоции, прорвало: он жалобно и протяжно замяукал.
— Как она могла так поступить? — его голос сильно дрожал. — А если на неё напали? А если… — котёнок задрожал и снова грустно замяукал.
— Даже не думай так думать! Мы найдём её! — воскликнул Дар.
— Не сомневался, что ты это скажешь, — сказал Тиль. — Наверное, она не ушла далеко, мы сможем её догнать. На метле ведь гораздо быстрее, чем на ногах. А она летать сейчас не может.
Дар посмотрел на Тиля, на котенка и Себастиана и понял: они ничего не понимают!
— Вы что, думаете её вернуть?! Если вы хотите этого — лучше оставайтесь. Вы внимательно слушали письмо? У неё есть причина идти в лес. Я собираюсь помочь ей!
Мрак увеличился в размерах, раздувшись до крупного кота.
— Я тоже! — котёнок запыхтел, сильно тужась, и вдруг сначала одна лапа, потом следующая, а следом и остальные части тела начали расти еще больше. — Р-р-р-р! — вырвалось у Мрака от напряжения.
Хвост длинной плетью лёг на траву, и голова котенка тоже распухла. Из лап появились огромные, сверкающие когти. Котенок стал похож на чёрную пантеру.
Себастиан отлетел повыше.
— Ты всё ещё Мрак, которого я знаю? Мне не стоит опасаться за своего хозяина? Он в безопасности?
Дар засмеялся:
— Ну ты трусишка! Котёнка испугался!
— Какой же он котёнок!
— Нельзя тратить время, — мрачно сказал Тиль. — Мне не нравится идея потерять магию в лесу, но я тоже не брошу Эли одну. Если она не испугалась — почему мы должны?
— Говоря о потери магии, — прокаркал Себастиан. — Мрак, тебя не смущает просьба Эли оставаться в школе?
— Фамильяр должен слушаться хозяина, — заметил Тиль.
— Фамильяр для этого должен быть рядом с хозяином! Если я фамильяр Эли, то и быть должен с Эли! И вообще, я же не дворовой пёс на привязи! — ощетинился Мрак, рыча.
— Убедительно, — примирительно выставил ладони Тиль.
— Мрак, хорош выпендриваться, уменьшайся и иди ко мне на руки, мы полетим на метле, — сказал Дар.
— Хорошо, — ответил грубым, утробным голосом Мрак и снова стал маленьким.
— Только без всяких выкрутасов, — повторил Тиль Дару и подошел к метле.
— Но так быстро, чтоб в его ушах свистел ветер, — добавил котёнок снова мягким и тоненьким голоском.
— Всех понял. Заглянем по пути ко мне, надо кое-что взять! — весело ответил Дар, и они взлетели.
***
Оказавшись дома, Дар быстро начал раскапывать свалку вещей. Тиль, выпучив глаза, переглянулся с Себастианом, одним взглядом спрашивая, часто ли тут бывает такой беспорядок. Ворон устало кивнул.
Дар достал лук, колчан со стрелами, а из-под подушки — рогатку.
— Надо было того подкамника с собой звать, — прыснул он, перекинув через плечо колчан и пряча рогатку в сумку. — Я бы стрелял, а он обратно возвращался, у меня был бы бесконечный источник снарядов.
— Есть лишний свитер, чтобы я к себе не бегал? Надо бы теплее одеться, раз мы надолго, — заметил Тиль.
Дар снова перевернул гору тряпок, книг и странных предметов, выудив колючую толстую кофту, затем вторую — похожую, но с дырками на локтях.
— Тебе какую?
— Пожалуй, поколючее, — брезгливо протянул Тиль.
Он нацепил кофту под робу, а потом, закатав рукава, нарисовал на руке пентаграмму поиска: пятиконечную звезду разрезал крест, обозначающий стороны света. Вдоль лучей Тиль написал заклинание, упомянув имя Эли десять раз.