— Как же давно это было… — она вздохнула, задумчиво застегивая мантию.
— Опять ушла в себя? — проворчал филин.
— Нет, просто вспомнила бывшую владелицу этой безделушки.
— Это ту, которая увела твоего ненаглядного? — ехидно спросил Элвин, распушив перья.
— Мы были школьниками, скажешь тоже!
— Но я-то всё знаю… — зловеще прищурился филин.
— Нам сейчас не до воспоминаний, — отмахнулась Ингрид.
Кестнер всегда был осмотрительным и прекрасно знал, чем на самом деле обязан заниматься хронист. Как только Кестнер запланировал переворот, то первым же делом, наверняка, приказал позаботиться о ней, чтобы она не смогла ему помешать. К счастью, все Советники сильно недооценивали Ингрид, считая её слабее предыдущего хрониста, который предвидел намерения людей всего за день вперёд. Спасибо Хелен, это она в свое время научила её помалкивать, оставляя гордость на дальней полке.
— Обратись всё-таки к Саге Эйк, — будто прочитал её мысли филин. — Она, как дальняя родственница, и наставница твоей дочери, не должна предать и поможет созвать Совет. Да и книга у неё будет в надёжных руках. Если что-то пойдёт не так…
Ингрид молча отодвинула зеркало, заставив филина недовольно взмыть к потолку, и вытащила пару кирпичей из стены позади.
Она достала Хронику и, стряхнув с неё пыль, чихнула. Потом снова коснулась пентаграммы на зеркале, по отражению пошла рябь.
— Сага Эйк, позвольте с вами связаться. Это Ингрид, дело срочное.
— Чего надо? — буркнула старушка, появившись сквозь волнение на зеркальной поверхности. Новое белое одеяние было небрежно перекинуто через плечо, будто шаль. — Какого лешего всем от меня теперь что-то надо?
— Это касается планов Кестнера…
— Очень интересно! — рявкнула старуха. — Это сарказм! Ваша закулисная возня мне не интересна!
— Постойте! Кестнер планирует переворот. Убрать несогласных советников…
— Меня не свергнет, не беспокойся!
— Я не об этом!
— Это опять был сарказм, милочка! — Сага Эйк закатила глаза.
— Это ваш долг! В особых случаях хронист может требовать…
— Забери меня туман! Да знаю я! Что ты хочешь?
— У вас Хроника будет в безопасности, если со мной что-то произойдет, — от этих слов у неё встал ком в горле.
— Может, лучше проследить, чтобы ничего не произошло? — насмешливо спросила старуха.
— Это уже совершено, просто не всем пока дано увидеть. Кестнер сотрет мне память. Это не изменить. А то, что будет дальше, зависит от нас с вами. Он собирается нарушить Кодекс и возглавить Совет. Не слишком доверяйте вашей наставнице, она может предать ваше доверие.
Старушка заерзала в кресле, теперь ей было интересно.
— У них был роман, — осторожно добавила Ингрид.
— Сто лет назад! Это все знают.
— У меня было видение, как она кладёт ладонь на его руку. Это случится в скором времени. Конечно, всего лишь мимолетный образ, но я чувствую, что он важен и многое значит.
— Ага, — хмыкнула старуха. — Ладно, как мне взять книгу?
Ингрид почувствовала головокружение, и разум затуманился, показав головоломку из различных сцен встреч с Сагой Эйк. Вот она передаёт книгу. Прямо в библиотеке.
Элвин ухнул, приводя её в сознание.
— В библиотеке, через пятнадцать минут. Успеете? — Ингрид сделала вид, что не замирала, открыв рот, на минуту.
Старушка равнодушно пожала плечами и исчезла. По зеркалу снова пошла рябь.
Ингрид сделала последнюю запись в Хронику о встрече с Сагой Эйк, найдя пару пустых строк как раз до описания того, как Кестнер лишает её памяти. Элвин сел ей на плечо и, беспокойно переминая лапками, поторопил.
Ингрид вышла из тайной комнаты и, пройдя через узкий темный коридор, очутилась в библиотеке.