— Это огонь! Давайте следующую!
— Теперь моя очередь? — спросил Тиль напряженно.
— Да, — ответила Эли.
— Мою загадку вряд ли можно разгадать так быстро, — похвастался Тиль. — Думаю, тебе вообще повезло, что в прошлый раз ты всё так легко сообразил.
«Он его дразнит?» — удивилась Эли.
— Из дома не выходит, в одну сторону глядит, и ни на день не стареет, — отчеканил Тиль.
Человек-Сова задумался, и Эли сконцентрировалась на собственной загадке.
— Это портрет! — с удовольствием протянул Человек-Сова. — Думаю, это заняло у меня секунд девять, не больше.
— Я насчитал десять, — нагло ответил Тиль. — Видимо, повторить прежнюю скорость не получится.
— У вас осталась последняя попытка! — задрав клюв, сказал Человек-Сова.
Эли сглотнула:
— Итак: что поднять легко, но невозможно бросить далеко?
Тиль застонал, будто его ущипнули.
— Ты, вероятно, забыла, с кем имеешь дело, — хихикнул Человек-Сова. — Это перо! Знаю я эту загадку!
— А вот и нет! — ликуя, крикнула Эли.
— Почему «нет»?
— Я же не сказала «что трудно бросить далеко», я сказала «что невозможно»! Если ветер подует, то унесет перо далеко-далеко! Так что это очень даже возможно!
Человек-Сова хмыкнул.
— Я недооценил вас. Вы хитрее, чем кажетесь. И какой же правильный ответ?
— Брови! — засмеялась Эли.
— Брови? — недоуменно переспросили сразу все.
— Если бы я не спала, я бы показала, как это просто — поднять брови! Я даже могу поднять одну. Ну а то, что бросить далеко их невозможно, никто же спорить не станет? — хихикнула Эли.
— Ты рисковала тем, что мы навсегда здесь застрянем! — упрекнул её Тиль.
— Кто сказал, что навсегда? — удивился Человек-сова. — Вы бы проснулись, как только вышли бы из аномалии.
— А как мы бы вышли, если спим? — удивилась Эли.
Желтые глаза Совы-вещуна вспыхнули ярче, будто угольки, на которые кто-то подул.
— Для вас это хорошая загадка, верно? — спросил Человек-Сова. — Не хотите сыграть ещё? Если отгадаете, я расскажу вещий сон о человеке, которого вы ищете.
— Об Отшельнике? — ахнула Эли. — А если не отгадаем?
— Тогда не скажу.
— Раз мы ничего не теряем, то мы согласны! — ответил Тиль. — Я и сам недоумевал, как так получилось, что я не помнил об этом аномальном поясе… Может, он подвижен?
— Это ваш ответ? — спросил Человек-Сова.
— Нет! — выкрикнула Эли и повернулась в сторону, откуда, ей казалось, доносился голос Тиля. — Он же сказал «как только вы бы вышли», он именно это имел в виду, иначе бы сказал: «когда аномальный пояс прошёл бы мимо».
Они замолчали. Эли напряженно думала, но единственное, что ей пришло в голову, озвучил Мрак:
— Может, нас перенесут какие-то существа, которые не могут заснуть? Как феи, которые не уменьшаются?
— Я тоже об этом подумала! — ответила Эли. — Но с другой стороны, похоже, он и есть этот проводник, который находится всегда во сне, но при этом не спит…
— Я готов ответить, — сказал Тиль. — Думаю, аномальный пояс совсем небольшой и тот, кто больше ворочается во сне, первым выйдет из аномалии.
Глаза Человека-совы ярко вспыхнули.
— Верно! Она шириной в пару шагов. Девочка рукой уже вылезла за аномалию, так что скоро уже бы проснулась. Так как тут никто не тревожит сон, кроме меня, ведьмы когда-то устраивали здесь ночлег, — его глаза ещё сильнее разгорелись оранжевым пламенем, а потом медленно стали затухать. — Так вот, человек, которого вы ищите, попал в беду. Или вернее — скоро попадёт. Он не в состоянии сам выйти из аномалии, в которой оживают все друзья и враги.
— Пояс сражающихся иллюзий? — спросил Тиль. — Он должен быть рядом!
— Да. Не сомневаюсь, что вы легко его пройдете. По крайней мере, двое из вас.
— Почему только двое? — спросила Эли, и вдруг почувствовала холод и ноющую боль.
Она очнулась на траве, широко раскинув руки. Нога лежала на сучковатой палке, которая явно оставит синяк.
Эли обернулась. Друзья тоже приходили в себя.
— Не шевелись, — сказал ей Тиль. — Он нам дал подсказку, упомянув, что ты почти вышла из аномалии. Похоже, ты указываешь направление, по которому мы шли. Не представляю, как мы бы теперь выкручивались без компаса.