— Так будем долго! — Дар спрыгнул с метлы.
— Что ты творишь?! — Тиль вцепился в метлу, прильнув к ней всем телом.
— Ты сможешь. Тем более здесь невысоко. А я так, — Дар взял на руки несколько человеточек и плавно перепрыгнул через забор.
Человеточки дружно присвистнули, открыв рты.
— Метла нужна для концентрации, ненадолго можно и без нее обойтись, если иметь талант и много тренироваться, — похвастался Дар и, задрав нос, помог перебраться ещё нескольким человеточкам.
Эли вдруг заметила Ояк — старушка с высокой грибной шапкой, напоминающей ведьминский колпак, беспокойно металась из стороны в сторону.
— Вы что-то потеряли?— наклонилась к ней Эли.
— Не могу найти внуков! Может, они отстали?! — заплакала она, ножки-веточки её задрожали, подкосились, и она с треском плюхнулась на землю.
— Я найду их, — пообещала Эли.
Она хорошо помнила приветливых детей. Осматриваясь по сторонам, Эли полетела дальше в лес.
За ней увязался шар света. Его лучи разрезали мрак под ногами, очерчивая деревья и траву, усыпанную ярко-красными листьями.
— Аян! Ан! Вы где?
В ответ лишь ветер завыл сильнее, ледяными пальцами больно впившись в щёки.
На миг Эли показалось, что что-то темное промелькнуло среди деревьев. По спине побежали мурашки. Что-то неведомое, тёмное и зловещее, казалось, смотрит из темноты леса. Шар света замигал и потух. Сердце Эли забилось как сумасшедшее.
— Аян? Ан? — с надеждой спросила Эли.
Впереди раздался шорох. Эли замерла, перестав даже дышать.
— Мы здесь! — услышала она впереди.
Страх, однако, не спешил отступать. Эли с опаской направилась вперед. Ощущение присутствия чего-то ужасного не покидало. Казалось, сама мгла пришла в движение и кольцами вьется вокруг.
— Говорите со мной! Вы где? — прокричала Эли, предательски дрожа от страха.
— Он нас съест, — тихо пискнул неподалеку детский голосок.
Эли рванула навстречу и увидела маленьких человеточек. Но в тот же миг позади них раскрылись огромные желтые глаза в густом, как кисель, мраке, и хищно посмотрели на детей. Эли похолодела. Глаза были размером почти с Эли, вертикальные зрачки сузились сильнее.
Думать не было времени, она знала всем нутром, что если не кинется за человеточками сейчас же, то опоздает. В ушах застучала кровь. Эли разогналась и, повиснув на метле одной рукой, второй схватила детей и закинула к себе. Ступнями она тут же оттолкнулась от земли, помогая метле набрать скорость.
Ее ноги коснулось что-то липкое, холодное, что пробрало до нутра. Эли вздрогнула и обернулась назад, но ничего, кроме зияющей черноты между деревьев не увидела. На неё вдруг накатила тошнота, она ощутила такую пустоту внутри, какой и представить не могла. Метла по инерции летела вперед, а Эли начала терять сознание. Кому бы ни принадлежали огромные глаза, он не показывался, клубы мглы отступали: мох начал светиться, а луна — озарять торчащие из земли корни. «Можно секунду и отдохнуть», — подумала Эли, прикрывая глаза.
Из оцепенения её вывел крик малышей. Они испуганно прижались к древку метлы. Эли подняла взгляд и едва успела направить помело вверх — впереди была стена, в которую они чуть не влетели на всей скорости. Взмыв над оградой, метла вдруг потеряла скорость и в свободном падении полетела вниз. Её перехватил взлетевший Дар.
— Вот это был трюк, это же высший пилотаж! — похвалил он, опустив метлу на землю.
— Папа! — зазвенели детские голоса Аяны и Ана.
Эли тут же окружили галдящие человеточки.
— Мы перед тобой в таком долгу, человечка! — расплакались Оук и Ояк, прижимая к себе перепуганных детей.
— Что это было? — спросила Эли, и её пробрала дрожь.
— Не знаю, что это, но оно убивает все живое в лесу, — ответил Оук.
— Это Пожиратель! Это наш конец! — трясясь, воскликнула старуха, и из её рта вылетела труха.
— Это выдумка! Не слушай её, человечка. За последний год она совсем сдала, временами теряется в четырёх норах, забывает своё имя и несёт бред.
— Я не забыла про малышей! Я случайно их потеряла! — жалобно негодовала Ояк.