— Кодексу противоречит всё, что делается ради будущего! Поэтому какой век… Оглянись, людям уже лучше с пустотой, чем с этим миром! — взорвался ворон. — Когда мы избавимся от Старшего Советника и всех его прихвостней, то установим новые порядки, и тогда начнется прогресс!
— Что ты несешь? — Тиль отшатнулся, уперевшись в стол. — Ты говоришь о преступлениях!
— Каких преступлениях? Я ничего не говорил про преступления, — ворон взлетел, сел на стол рядом и перешёл на шепот. — А я если и говорил, то вскоре ты всё равно не вспомнишь…
Дверь распахнулась, и стражники быстро расступились, пропуская Советника.
Тиль заметил, что мантия на груди Кестнера оттопыривалась, будто он что-то под ней прятал. Кестнер мельком посмотрел на своего фамильяра, покачал головой и перевёл взгляд на Тиля.
— Кто помог сбежать из башни? — спросил Кестнер, машинально поглаживая татуировку на руке, будто она чесалась. Тиль узнал её, это была пентаграмма забвения, которая стирала память.
— Где Марин?
Кестнер удивленно поднял и опустил брови, будто только сейчас о ней вспомнил, и завозился в кармане мантии. А потом, словно сошку, бросил её на стол.
— Она… она мертва? — Тиль схватился за сердце, в глазах потемнело.
— Она просто без сознания. Побочный эффект от заклинания, — он подошёл к чучелам белых сов и, согнувшись, достал из нижнего ящика большой шелковый платок. — Давай-ка живее отвечай, кто тебе помог и зачем?
— Что? — растерялся Тиль.
— Кто портал открыл? — Кестнер разгладил на столе шёлк, сложил на него книги и бережно замотал.
— Мама Эли… Ингрид, то есть, — ответил Тиль. — Ваш ворон… простите, ваш фамильяр сказал, что вы собираетесь убить Советника…
— Вечно он взбалтывает лишнего, — Кестнер исподлобья посмотрел на ворона.
— Врёт, я не говорил такого! — испугался ворон.
— Вы что преступники, жившие до Кодекса… — промямлил Тиль.
— Кодекс и создали те преступники, идиот! Для дурачков, которые поверят в добрые сказочки и никогда не станут лезть во власть.
— Я знаю одно: вы совершаете преступление… — с вызовом сказал Тиль.
Ворон сжался и втянул голову.
— А не давать принимать решения другим поколениям — не преступление?! Столетиями заставлять следовать своим глупым решениям! — Кестнер от злости выпучил глаза. — Старик в Совете уже больше тысячи лет! Как тебе такое?
— Кажется, это противоречит Кодексу… — неуверенно пожал плечами Тиль.
— Ты не читал оригинал Кодекса, только его сокращенные версии для детишек. Иначе бы знал, что исключение составляют те, кто служит ради народа. Так что, пока они в Совете, помирать не собираются, — Кестнер пригладил седые волосы назад.
— Так вы хотели сместить Советника? — у Тиля упал камень с груди. — Вы не стали спорить, что собираетесь убить, и я уж подумал… Если он уйдет, то, получается, в итоге умрёт от старости?
Кестнер достал атам.
— Думаешь, его можно просто взять и сместить? — он усмехнулся и поднёс кинжал к татуировке забвения. — Пока он жив, он не уйдёт с поста.
Тиль от страха оцепенел.
Но Кестнер не начинал заклинание.
— Кто?! — взвизгнул он.
Тиль и ворон подпрыгнули.
— Нет, не убивайте. Идите за ними, они, похоже, знают, куда идут. Книга у меня, — крикнул Кестнер в пустоту, а потом развернулся ко входу. — Стража!
Тиль понял, что прадед общался с кем-то мысленно, как с фамильяром.
В кабинет зашли пять вооруженных мужчин и замерли, как каменные изваяния.
— Глаз не спускать и ни одну душу к нему не подпускать, — отдал Кестнер приказ и начертил в воздухе руны.
Темной спиралью в кабинете возник портал. Кестнер, взяв со стола сверток, махнул головой ворону. Тот послушно сел ему на плечо, и они телепортировались.
— Моего друга теперь разжалуют из-за тебя, — сквозь зубы процедил стражник, продолжая, как статуя, смотреть перед собой. — Из-за твоего побега…
Тиль взял Марин и спрятал в карман.
— Твоего друга, как и тебя, разжалуют не из-за меня, а из-за того, что вы не чтите Кодекс. И незаконно удерживаете меня! — ответил Тиль и, набрав полную грудь воздуха, со всей силы ударил сумкой об стол.
Сумка быстро намокла, зеленая жидкость потекла по столу вниз, образовав на полу лужу.
Четверо мужчин свалились сразу, уронив при этом со стеллажа книги и чучела сов. Но тот, что обращался к Тилю, так и стоял, удивленно хлопая глазами. Судорожным движением он достал из-за пояса рожок и со всей силы в него дунул, издав тихий свист. Это было ошибкой, стражник тут же покачнулся и осел.