— А меня стражники не схватят? — озвучил терзающие его мысли Тиль.
— Пф, — Сага Эйк улыбнулась. — Просто иди рядом со мной и, даже если сильно захотят тебя задержать, не решатся.
Они подошли ко входу и беспрепятственно прошли внутрь. Никто не дёрнул за рукав ни Тиля, ни Эдмунда.
— Неловко вышло. Я из того стражника, — старушка махнула головой назад, — чуть душу не выбила, выпытывая, где мужья этих женщин.
Пустующий в прошлый раз зал на первом этаже сейчас ломился от посетителей. За тонкими витражами слева сидели три ведьмы, и к ним стояла очередь из людей, а справа на бархатных подушках принимали фамильяров кот и большой черный паук.
Тиль ментально обратился к Марин и почувствовал, как она зевнула, перевернувшись на другой бок, и стала видеть яркие сны о лужайке с цветами на качающихся стебельках. Тиль улыбнулся до ушей.
Вслед за несколькими ведьмами ученого вида они поднялись по парадной лестнице на второй этаж. В конце ступенек, уперев руки в бока, стояла женщина с тележкой, полной мётел. Это её Тиль встречал ранее.
— Внизу же написано: библиотека не работает! Главный библиотекарь в отпуске, внутри ремонт, стены красят! — обратилась она к ученым ведьмам. — Грязь таскаете! Я только убралась!
Женщина заметила маму Эли и учтиво поклонилась, а потом перевела взгляд на Тиля и проворчала: «Ишь, молодежь!»
Обогнув лестницу и поднявшись на третий этаж, они оказались у дверей зала Совета. Их уже поджидала Виенна, наставница Саги Эйк, она кинулась навстречу. Кудрявые волосы выглядели взлохмачено и неряшливо.
— Сага, что происходит?!
— Сейчас сама узнаешь, — ответила Сага Эйк и дернула дверную ручку.
Двери плавно распахнулись, и из них выпорхнули шары света, повиснув по одному над каждым из пришедших.
— Я хочу знать сейчас, — упрямо, как маленькая девочка, повторила наставница Саги Эйк. — Почему Совет созвали раньше времени?
— Из-за того, что происходит внизу, — ответила старушка, усаживаясь за свое кресло.
Тиль и Эдмунд встали в углу у окна. Эдмунд на всё таращился, открыв рот и широко распахнув глаза. В вечернее время картины на стене подсвечивались внутренним светом, отчего казались ещё более живыми. В глазах нарисованных Советников появился такой блеск, будто они следят за происходящем и всё видят.
— Кому есть дело до этих проповедников? — вспыхнула Виенна.
— Их женам и детям, например, — спокойно ответила Сага Эйк. — Позади стоит сын одного из них.
Виенна бросила на него недовольный взгляд.
— Я слышала, Кестнер не хочет ждать и собирается закрыть врата, — сказала она.
— Я слышала, это меньшее из того, что все тут замышляли. Когда ты звала меня в Совет помочь, ты забыла упомянуть, какой хаос здесь творится… — пробормотала Сага Эйк.
В зал зашёл первый советник, его сопровождал старый худой пёс. Советник сел во главе стола, а его фамильяр рухнул на бархатную лежанку рядом. Тут же начали подтягиваться и остальные.
Через окно влетел филин мамы Эли, держа в когтях свиток.
Мама Эли взяла свиток и села, как и раньше, возле первого советника. Он о чём-то её спросил, она кивнула и вытащила из своей прически перо для письма.
Последним, как тень, в кабинет зашёл Кестнер.
— Мы только вас и ждали, — сказал первый Советник, обратив на Кестнера внимание всех. — Не присаживайтесь.
Кестнер опешил.
— Какого…
— Совет созвали по требованию хрониста, — он мягким движением руки показал на маму Эли. — хронист обвиняет младшего советника в нападении, а также в краже двух книг и её личного ключа. Для Советника недопустимо даже в мыслях преступать Кодекс, а тем более — закон!
Кестнер хмыкнул.
— Не понимаю, о чём речь.
— Я неслась быстрее ветра, чтобы услышать, как у некой учёной дамочки пропали книжки и ключи? — спросила ведьма, недовольно покачивая своими тремя подбородками.
— Речь об одной из самых древних Книг Теней и Хронике, — пояснил первый советник.
— Пф! Кто не без греха? — хмыкнула ведьма в ответ.
— Если на тебе есть такой грех, то тебе стоить покинуть Совет, — серьезно сказал первый советник.
Ведьма захлопала глазами:
— Нет. Конечно нет…
— Мало ли что она выдумала, увидев в своих фантазиях? Она ж постоянно не в себе. Пусть докажет сказанное, а, пока это просто слова, я предпочту сидеть, — сказал Кестнер и опустился в кресло. Белый ворон слетел с плеча на стол и с вызовом посмотрел на фамильяров вокруг. — Про какое нападение, кстати, она говорит?
— Ты пытался стереть ей память, — сказала Сага Эйк.
— И как? Успешно?
Воцарилось молчание. Кто-то застучал ногтями по столешнице.
— Если бы это было правдой, вряд ли она сейчас рассказывала все эти бредни… — ухмыльнулся Кестнер, с важным видом развалясь в кресле.