Он просто усмехается.
— Я гарантирую, что моя семья не хочет, чтобы ты жил здесь.
И вот так Бо Итон закрепил за собой статус одного из лучших вещей в моей жизни…
— Привет. — Голос Слоан тихий и неуверенный позади меня.
— Откуда ты знаешь, что я здесь? — Я не оборачиваюсь, чтобы посмотреть на ее голову, высунутую из окна. Я все еще замерз, и это не имеет никакого отношения к тому, как холодно сейчас.
— Трудно забыть наши ночи здесь, если честно.
Она не ошибается. Наши ночи, проведенные на крыше, были одними из лучших в моей жизни. Обычно они начинались как худшие ночи, но потом она присоединялась ко мне, и они мгновенно становились лучше.
— Я также чувствовала холодный воздух из коридора.
Я хрюкаю, не в настроении разговаривать. На самом деле, я чувствую себя полностью опустошенным.
— Тебе холодно, Джас?
Я пожимаю плечами, не заботясь о том, холодно ли мне. Я слишком занят представлением всех ужасных вещей, которые могли бы случиться с моим братом.
Он сказал мне, что скоро уйдет из армии. Конечно, он всегда так говорил. И каждый раз мне хотелось ему верить.
Мы все ненавидели его за то, что он отправлялся в армию — казалось, что статистика больше не складывалась в его пользу. Как будто он слишком много раз выходил безнаказанным. Как будто он был слишком солнечным и глупым, и вселенная в какой-то момент отнимет у него это.
Я слышу, как Слоан вылезает из окна своей гостевой комнаты. Комната прямо рядом с той, где я провел свои подростковые годы.
Я собираюсь сказать ей, что хочу побыть один, но когда она накидывает одеяло мне на плечи и плюхается рядом, прижимаясь ко мне, мое тело выдыхает, о чем я даже не подозревал. Она прижимается ко мне, вся пушистая и успокаивающая. Ее сладкий запах доносится до моих ноздрей. Пахнет кокосом и глазурью на кексе.
Заставляя себя смотреть на темные поля, я игнорирую ее присутствие. Пока не вижу уродливого мультяшного бассет-хаунда, подтолкнутого к моему лицу.
— Пей. — Это не вопрос. Это приказ.
Я качаю головой, чувствуя себя больше, чем когда-либо за последние годы, травмированным подростком.
— Давай. Я обезвожена из-за слез в душе. Пожалуйста, не заставляй меня пить в одиночку. Бо не одобрит.
Я фыркаю, но за этим следует оскорбленный, причитающий звук. Звук шмыгания Слоана — единственный ответ. Мы не смотрим друг на друга.
— WWBD, — говорит она, уверенно кивая.
— Прости?
— Что бы сделал Бо? Мы оба знаем, что он выпил бы пиво.
Я уверен, что если я даже взгляну на нее, я сломаюсь, поэтому я открываю дурацкое пиво Buddyz Best Beer и делаю большой глоток.
— Это на вкус как дерьмо.
Она пьет, и краем глаза я вижу, как она кивает.
— Соответствует дню. Дерьмо — это тема.
Я хрюкаю в знак согласия.
— Ты не ошибаешься.
Ее плечо упирается в мое, но она не отстраняется.
Она прижимается ближе, натягивая на себя то же лоскутное одеяло, которое мы использовали в детстве. И, как и в детстве, она не тыкает и не подталкивает. Или пытается заставить меня рассказать о моих чувствах, о которых я никогда не просил.
Она просто рядом.
— Как ты думаешь, он умер? — выпалил я, пытаясь скрыть свой страх, выпив еще пива. Это вопрос, который крутился у меня в голове последние пару часов. Тот, который я не хотел озвучивать, но он все равно выскочил из меня.
Я рискую взглянуть на Слоан, чтобы посмотреть, как она отреагирует на мой темный вопрос. Но, как обычно, она не уклоняется от моей темности — в конце концов, она моя Санни. Она прогоняет темноту, просто оставаясь собой.
— Я думаю… — Она катает банку между ладонями, создавая громкий хруст в тихой ночи. — Я думаю, это не тот тип энергии, которую я хочу выпустить во вселенную для него прямо сейчас.
Сдавленный смешок грохочет в моей груди, и она тычет локтем мне в ребра.
— Я серьезно! Ты идешь на игру, думая, что проиграешь? Или ты представляешь, что выигрываешь? Я одержимо прокручиваю танец в голове перед выступлением, но не позволяю себе увидеть промах или спотыкание. И я собираюсь отнестись к этому так же. — Она кивает, мелкие изящные черты лица сжимаются в решительное выражение. — Если Бо там, ему нужна наша хорошая энергия. Он слишком… — Одна рука вращается перед ней, пока она ищет слово. — Я не знаю. Он больше, чем жизнь. Он не сдастся без боя. Я верю в него.
Непролитые слезы щиплют мне глаза. Больше, чем жизнь. Он такой. Решительный. Неумолимый. Этот ублюдок не принимает «нет» в качестве ответа. И где бы он ни был, я надеюсь, что он сейчас тоже не примет.