— Несколько. Трудно выбрать одного, понимаешь? Зачем выбирать? — Он маниакально улыбается мне в ответ.
— Убедись, что ты это завернул, — мой небрежный ответ. После смерти его жены так давно, я рад, что у него есть компания.
Харви усмехается.
— Поговори об этом с Кейдом. Не со мной.
Кейд стонет и откидывает голову назад, теперь уставившись в потолок.
— Мне следовало остаться дома.
Я киваю, делая большой глоток кофе в руке.
— Наверное. Еще рано. Не ожидал тебя здесь найти.
— Ну, мы с Харви собирались сыграть в камень, ножницы, бумагу, чтобы посмотреть, кто поедет на машине в Руби-Крик, чтобы увидеть Вайолет, чтобы прихватить с собой тюк сена.
У меня голова дергается.
— Извините?
Харви вскакивает.
— Что-то о нехватке сена там. Жаркое, сухое лето. Поэтому она позвонила нам, умоляя о прицепе, чтобы помочь им пережить зиму. Она все еще жалуется, что сено там отстой по сравнению с нашим.
Старший мужчина немного надувается от этого комплимента от своей единственной дочери.
Кейд бросает на меня серьезный взгляд.
— Но никто из нас на самом деле не хочет уезжать. — Он прочищает горло. — На всякий случай.
Харви кивает, глаза мгновенно сморщиваются.
На всякий случай. Я знаю, что они говорят, и мне не нужно просить больше. На всякий случай, если Бо найдут.
На всякий случай, если Бо ушел. На всякий случай, если им понадобится поддержка семьи, когда придут новости о любимом брате.
— Я поеду. — Мне даже не нужно думать дважды.
Оба поворачивают головы в мою сторону, удивление написано на всех лицах.
Харви добродушно улыбается мне, как он это делал с тех пор, как принял меня, даже когда у него уже было слишком много дел. Я никогда не встречал человека с большим сердцем, чем то, что в груди Харви Итона.
— Ты хороший мальчик, Джаспер. Но у тебя есть сезон. Ты не можешь уйти, хотя для меня это очень важно, что ты можешь предложить.
— Да, насчет этого… Вообще-то я сейчас в отпуске. По крайней мере, на две недели.
Густые брови Харви хмурятся на лбу.
— Почему?
— Ты что, не видел его игр на этой неделе? — вставляет Кейд.
Я смотрю в его сторону. Он просто ухмыляется.
— Ебаный хер, — бормочу я без злобы, поворачиваясь к Харви.
— Потому что Роман — властный придурок, который узнал, что я не рассказал о происходящем руководству или тренерскому составу, а потом я наложил на лед и проиграл нам кучу игр. И, полагаю, вместо того, чтобы кричать на меня со скамейки запасных, как он всегда делает, он решил вдохновлять или какую-нибудь фигню и нянчиться со мной, как с грустным малышом.
Я встречаю молчание и слегка обеспокоенные взгляды, потому что я нечасто выдавливаю так много слов на одном дыхании. На самом деле, я обычно не выдавливаю много слов, точка. Я давно ушел в себя и научился лучше слушать, чем говорить.
— Ну… вот это история, — говорит Харви, словно не зная, что сказать.
— Ты немного напоминаешь мне грустного малыша, — невозмутимо говорит Кейд.
Член.
— Я поеду. Вы, ребята, останетесь. — Я провожу жестом между ними. — Тебе нужно быть здесь. Кейд, у тебя есть Уилла и Люк — ребенок на подходе. Харви, у тебя несколько подружек и вся твоя семья.
Они оба посмеиваются, и я выдавливаю из себя легкую улыбку, радуясь что могу разрядить обстановку.
— Ты тоже наша семья, понимаешь? — Кейд теперь серьезен. Иногда его трудно отличить, потому что у него такое сухое чувство юмора, но это он по-своему чувствителен.
— Я знаю. Но здесь нет никого, кому я нужен. Отпусти меня. Я могу поддержать семью, совершив эту поездку. Вы оба научили меня, как везти, вы знаете, что я справляюсь с грузовиком и прицепом. Плюс, было бы неплохо увидеть Вайолет. Ей тоже не помешало бы немного отвлечься.
Пальцы Харви барабанят по столу.
— Дороги могут быть плохими в горах в это время года.
Он знает мою тревогу по поводу вождения, транспортных средств и аварий. Удивительно, как одна простая ошибка может вылиться в такую всеобщую тревогу. Но для него? Для моей семьи?
Я могу проглотить это и проигнорировать.
Моя улыбка напряженная.
— Я знаю. Но я справлюсь.
— Да.
Мы все вздрагиваем, удивленные тихим голосом, доносящимся из угла кухни. Как будто присутствие женщин в доме — это так необычно в наши дни.
— Он справится. И я поеду с ним, чтобы убедиться, что у него есть компания.
Даже не взглянув на нас, Слоан наливает себе кофе.
Она переоделась в простые черные леггинсы в паре с серой толстовкой, которая обтягивает ее верхнюю часть тела, шерстяные носки накинуты на лодыжки.