Наши руки лихорадочно блуждают по телам друг друга, промываясь сквозь воду. Моя рука, ее бедро. Ее рука, мои ребра.
Мы играем? Боремся, как в детстве?
Или мы позволяем себе вольности, которые никогда не позволили бы себе над водой?
На четвертой секунде я отталкиваюсь вверх и в сторону, и мы оба поднимаемся по гребню воды, тяжело дыша и глядя друг на друга. Ее язык высовывается по губам, пробуя на вкус ледниковую воду, застрявшую там, и ее глаза опускаются на мой рот, когда я повторяю движение.
Вода между нами уже не кажется такой холодной. Я позволяю себе смотреть на нее еще четыре секунды. Напряжение растет в моей груди, толкая ее до тех пор, пока она не лопнет.
— Напоминает мне о том, как мы играли в реке, когда были детьми. Прыжки с моста на заднем дворе.
Она моргает, как будто я только что ее разбудил, и наклеивает плоскую улыбку на лицо.
— Да. Я так и не набралась смелости прыгнуть с этого моста.
— Следующим летом, — предлагаю я, позволяя себе уплыть от нее, чтобы не сделать что-то колоссально глупое, например, позволить себе снова распускать руки с ней.
— Да.
Ее зубы стучат, когда слово вылетает между ее губ, и я киваю в сторону берега.
— Пошли. Согрейся. Найди немного еды.
— Мне бы действительно не помешал напиток, — говорит она.
Черт возьми, то же самое, думаю я про себя.
Мы плывем, пока не сможем встать. Мелкие камешки впиваются в подошвы моих ступней, и я стараюсь сосредоточиться на том, куда я иду, а не позволяю своим глазам блуждать по телу Слоан в уходящем свете.
Она слишком соблазнительна, а я слишком сбит с толку.
Ее глаза тоже остаются на земле.
На берегу она вытирается халатом и пытается передать его мне, чтобы я использовал его как полотенце, обхватив руками свое почти голое тело. Но мое внимание привлекают ее широко распахнутые глаза. Я не могу понять, что в них за взгляд, но знаю, что не позволю ей вернуться в комнату непокрытой и холодной.
Я улыбаюсь и качаю головой, вытаскивая халат из ее рук и накидывая его ей на плечи.
— Но тебе будет холодно, — говорит она, пока я быстро провожу по ее рукам вверх и вниз несколько раз, как только одежда оказывается на месте.
Я хватаю ее за руку и иду обратно в нашу комнату.
— Тебе не нужно беспокоиться обо мне, Санни.
Я не оборачиваюсь, когда слышу ее тихий ответ.
— Я всегда беспокоюсь о тебе, Джас.
Глава 14
Слоан
Слоан: Эта официантка — фанатка.
Джаспер: Слоан.
Слоан: Что? Она выглядит так, будто собирается тебя проглотить.
Джаспер: Не надо.
Слоан: Ты краснеешь?
Джаспер: Она незнакомка. Делает свою работу. Она не смотрит на меня как-то.
Джаспер: Не делай такое лицо.
Слоан: Если тебе нужно пространство, просто оставь носок на двери номера в отеле.
Джаспер: Санни, заткнись. Я бы никогда так с тобой не поступил.
Официантка усаживает нас рядом с одним из огромных окон с видом на озеро. Мы не знали, чего ожидать в Rose Hill Reach, только то, что он находится прямо рядом с отелем. Но это прекрасное место. Все окна выходят на озеро, а одна дверь открывается на длинный причал с широкой площадкой, которая, как я предполагаю, может использоваться как патио летом.
Внутри — сводчатые потолки и темное дерево. Камины из речного камня и столы для разделки мяса. В одном углу есть даже бильярдные столы и доски для дартса.
Уютно. Я почти чувствую себя на горнолыжной базе, когда снимаю куртку и сажусь в круглое деревянное кресло, смотря на воду. Вода, где мы с Джаспером просто... ну, я не знаю, что мы делали.
Я оглядываюсь на Джаспера и вижу, как он складывает свое высокое, могучее тело в кресло, которое ему слишком мало.
Он тянется, чтобы взять одно из бордовых, переплетенных в кожу меню, которые официантка сейчас нам протягивает. Ее глаза расширяются, когда кончики его пальцев касаются ее руки. Даже скрытый под полями шляпы, он узнаваем — тем более, что всего в четырех часах езды от Калгари.
— О, боже. Привет, — выдыхает она, выглядя как ребенок на Рождество. — Ты Джаспер Жерве.
Одна из ее рук падает на ее грудь, и мне приходится сдерживать желание закатить глаза.
Джаспер любезно улыбается ей и любезно кивает головой.
— Привет, — все, что он говорит в ответ, слегка улыбаясь меню. В типичной для Джаспера манере он дружелюбен, но не настолько дружелюбен.
Достаточно дружелюбен, чтобы никто не мог сказать, что он груб, но недостаточно дружелюбен, чтобы завязать разговор.
Не то чтобы это когда-либо меня останавливало.