Мне нужно услышать, как она это говорит.
Ее бледные щеки вспыхивают, а глаза сужаются, когда она подходит ко мне, сжав челюсти.
— Ты спрашиваешь меня об этом сейчас?
Я выдыхаю и провожу верхними зубами по нижней губе, не отрывая глаз от ее детских голубых губ, таких широких и бледных, искрящихся от негодования.
— Да. Кто-нибудь еще спрашивал тебя?
Она опускает мой взгляд, ее руки упираются в щеки, прежде чем убрать свои светлые волосы длиной до ключиц.
— Меня никто не спрашивал.
Зубья ключа от дома впиваются в ладонь.
— Как ты познакомилась со Стерлингом?
— Нас познакомил отец.
Ее глаза устремлены на черное небо. Звёзд нет, не то что на ранчо, где можно увидеть каждую маленькую точку света. Все в городе кажется загрязненным по сравнению с Честнат-Спрингс.
Я тут же решаю поехать к себе в деревню сегодня вечером, а не провести еще одну ночь, дыша одним воздухом со Стерлингом Вудкоком.
— Откуда он его знает?
Ее глаза встречаются с моими.
— Отец Стерлинга — его новый деловой партнер. Он сосредоточен на установлении новых связей, теперь, когда он вернулся в город.
— И как долго ты знаешь этого парня?
Ее язык высовывается изо рта.
— Мы познакомились в июне.
— Пять месяцев?
Я выгибаю бровь и откидываюсь назад. Если бы они казались безумно влюбленными, я бы поверил, но…
— Не суди меня, Джаспер! — Ее глаза сверкают, и она снова подходит ближе.
Я могу быть выше ее ростом, но она нисколько не запугана. Она сейчас просто пылает яростью. Злится на меня. Но я думаю, это просто потому, что она доверяет мне достаточно, чтобы выплеснуть свой гнев, и я не против позволить ей это. Я счастлив быть тем человеком для нее.
Ее голос дрожит, когда она добавляет:
— Ты не представляешь, с каким давлением я живу.
Недолго думая, я прижимаю ее к своей груди и обнимаю ее узкие плечи. Она вся напряжена и раздражена. Клянусь, я почти чувствую, как она вибрирует от этого.
— Я не сужу тебя, Санни.
По-видимому, сейчас не время для детских прозвищ.
— Не называй меня так.
Ее голос срывается, когда она прижимает лоб к моей груди, как всегда, и я провожу ладонью по ее затылку, обхватывая основание черепа.
Как всегда.
Я рассеянно думаю о том, что сказал бы Стерлинг, если бы он вышел сюда прямо сейчас. Какая-то мелкая часть меня хочет, чтобы он это сделал.
— Мне просто интересно, как все произошло так быстро. Мне любопытно, почему я никогда не встречался с ним до сих пор.
Мой голос тихий, весь в гравии, почти заглушаемый шумом проносящихся мимо нас машин.
— Ну, у меня не так много свободного времени с балетом. И не похоже, чтобы ты в последнее время выходил на связь.
Меня терзает чувство вины, сжимающее грудь. Наша команда вышла из неудачного сезона, и я пообещал себе, что буду тренироваться усерднее, чем когда-либо в межсезонье.
— Я тренировался и жил в Честнат-Спрингс. — Это не ложь. Невеста моего брата открыла там чертовски классный спортзал, и я не видел смысла проводить лето в городе. — А потом был тренировочный лагерь, и меня захватило.
Также правда.
Ложь в том, что я был слишком занят, чтобы выделить для нее время. Я мог выделить для нее время. Но не сделал этого. Потому что знал, что ее отец вернулся в город, и я избегаю его любой ценой. А объявление о ее помолвке выпотрошило меня так, как я никогда не ожидал.
— Я должна была сказать тебе, а не вываливать это на тебя так, как я сделала, — бормочет она, и я отмахиваюсь от воспоминания о том, как Вайолет выпалила новость о помолвке Слоана на ранчо всего несколько месяцев назад. Как я мгновенно замерз внутри. Как мое сердце с глухим стуком упало в живот.
Я протягиваю руку ей над головой и сжимаю ее плечи, все еще стараясь избегать этого теплого, голого участка кожи на ее спине, и отвечаю:
— Я должен был спросить. Я просто был... занят. Я не думал, что твоя жизнь просто... сложиться так быстро.
И эта часть правда.
Ее тело расслабляется в моих объятиях, мягкая грудь прижимается к ребрам, а ее пальцы впиваются в мою спину. Но только на мгновение, прежде чем она отстраняется. Объятие длилось достаточно долго, что это было похоже на больше, чем объятия. Это было соблюдением правил. Но я все равно хочу притянуть ее обратно.
— Ну, так и есть. — Она смотрит вниз и проводит рукой по рукаву своего бледно-зеленого платья, шелковистого и мерцающего в призрачном свете. — Мы с отцом согласились, что лучше всего провести свадьбу осенью, чем затягивать ее.