— Люди меняются.
— Люди — да, псы — нет. — Он начал крутить зажигалку на пальцах. — Давид очень любил поговорить, особенно когда напивался. Записка в две строчки, когда в нём полбутылки виски? Это даже не смешно. Там должно было быть как минимум пару листов слезных обвинений и рассказов о том, какой он несчастный. — Ухмылка Дэмиона стала ещё острее. — А ещё Кайзер послал своих людей осмотреть квартиру после полиции. Из сейфа пропали деньги, но тут можно списать на то, что Давид их попросту пропил или спустил на шлюх. Куда важнее, что оттуда пропал нож, который подарил ему Кайзер. Отличный нож, способный выдерживать Разломы С-ранга. Не видел такой?
Я мысленно выругался. Вот что бывает, когда плохо изучаешь психологический портрет противника. С другой стороны, это ещё лучше работает на версию, что Давида устранил убийца-профи, а не какой-то пацан.
— Нет, хотя не отказался бы от такого клинка. И что значит вся твоя история?
— Это значит, что Кайзер не верит в самоубийство. — Дэмион усмехнулся. — А значит, никто в банде не верит. Давида убили, причём убили так, чтобы это выглядело как самоубийство. И записка — это часть спектакля. Лидия считает, что Давида убил профи, а записка предназначена, чтобы запутать тех, кто будет расследовать это дело.
— Зачем кому-то убивать Давида и подставлять Ингрид? Ладно мне, но где боец С-ранга, а где я.
— Хороший вопрос. Кайзер задаёт его каждый день. — Он замолчал на несколько секунд. — Но факт остаётся фактом: убийца добился необходимого эффекта. Ингрид, мягко говоря, разозлилась и слетела с катушек.
— Что с ней?
— Сначала она просто сломалась. — В голосе Дэмиона не было ни капли сочувствия к этой суке. — Когда прочитала записку и поняла, что Давид обвинил её перед смертью, что он назвал её шлюхой, которая изменяла ему, в её голове что-то щёлкнуло.
Я внимательно слушал. То, как отреагировала Ингрид, было крайне важно. Даже у психа есть определённые паттерны поведения, и если их понять, то можно будет лучше простраивать свои планы.
— Давид был не просто членом её команды, — продолжил Дэмион. — Она была для него всем, а он — её любимым инструментом. Верным псом, который смотрел на неё как на богиню. И, по слухам, единственным человеком, который мог её трахать. Они работали вместе ещё до Кайзера, и он годами выполнял любой её приказ. И тут он становится трупом, рядом с которым записка, где говорится, что всё из-за неё.
— Она тоже не поверила в самоубийство?
— В том-то и ужас, что поверила. — Дэмион поморщился. — Она решила, что Давид действительно написал эту записку. Что он действительно считал её шлюхой. Что единственный человек, который любил её без условий, в конце возненавидел её настолько, что решил умереть с обвинениями на губах.
— Первую неделю она просто заперлась в его квартире, пила его коллекцию алкоголя, — продолжил Дэмион. — Заперлась в квартире и не выходила. Люди Кайзера пытались до неё достучаться — бесполезно. Потом она начала видеть его.
— Видеть?
— Давида. Везде. В тенях, в отражениях, в лицах прохожих. Говорила, что он следит за ней. Что он рассказал ей, что его убили. — Дэмион покрутил пальцем у виска. — А потом она вышла на улицу.
— И?
— Она отправила в больницу пятерых человек. За последние три дня. Допрашивала всех, кто хоть как-то был связан с Давидом. Информаторов, дилеров, даже случайных знакомых. Одного парня так избила, что он впал в кому.
— Кайзер пытался её прикрыть, — продолжал Дэмион. — Обычно он может замять что угодно. Но в этот раз даже его связей оказалось мало. Один из пострадавших оказался племянником прокурора графства. Её попытались взять копы, но она ушла. Пока Кайзер пытался решить все с помощью денег, там все стало ещё веселее.
— Судя по твоей интонации, весельем там и не пахнет.
— Ты прав, это психованная устроила настоящую бойню. — В его голосе не было эмоций. Просто констатация факта. — Прямо средь бела дня, в торговом центре. Она увидела какого-то мужчину и решила, что это он убил Давида. Напала на него, а потом на охранников, которые попытались её остановить.
— Сколько пострадавших?
— В торговом центре — семеро. — Дэмион продолжал крутить зажигалку пытаясь успокоить свои нервы. Может ему подарить хорошие четки? — Трое в тяжёлом состоянии. Один, возможно, не выживет. Она ломала кости голыми руками, Доу. С-ранговый боец в состоянии психоза — это не шутка.
Я кивнул, соглашаясь с его словами. Боевой одарённый, желающий чьей-то смерти, обычно её получает.
— Как её остановили?
— Городская стража вызвала Серый Совет, и те её утихомирили. По слухам, сломав ей половину рёбер. Эти парни не церемонятся с теми, кто идёт против Озарённой Империи. — Дэмион скривился. — Но самое весёлое, что она сломала одному из них руку, прежде чем её скрутили. Говорят, что кричала имя Давида до самого конца.