– Жена господина Брона и новая хозяйка утеса Плачущих Ив.
Утес Плачущих Ив. Так вот как называется это гиблое место.
– Я не отдам своего ребенка! – кричу я, не понимая, откуда берутся силы, и тяну руки к дочери, которая до сих пор лежит на руках служанки. Та трясется и смотрит на меня испуганно, словно я совершаю непоправимую ошибку.
– Приказ княгини Мары приравнен к приказу князя Брона. Мне забрать у вас ребенка силой?
Гвардеец равнодушен. Ему отдают приказ, и он готов исполнить его любой ценой.
– Нет. Я сама пойду.
Превозмогая боль, я встаю с мокрой простыни, под которой валяются остатки сена, и с горечью осознаю, что к владелице этого тела относились с неуважением. За последние три дня я вижу лишь подвальные стены, брезгливое отношение слуг ко мне, пренебрежение со стороны хозяев и тычки, которые раздает княгиня Мара каждый раз раз, когда спускается ко мне. Именно ее я вижу чаще всего. А вот князя Брона ни разу. С тех пор, как он вернулся с завоевательного похода вместе со второй женой, я теряю все свои привилегии и становлюсь никем. Пустышкой.
Я беру ребенка на руки и, стиснув зубы, иду вперед. Между ног саднит, а на полу я оставляю капли крови, по которым можно будет проследить весь мой путь.
Я терплю, собирая все свои силы, и понимаю, что мне первым делом нужно переговорить с князем Броном. Когда я еле как поднимаюсь по лестнице на первый этаж и иду вдоль коридора в сторону приемной залы, где княгиня Мара принимает гостей, мне кажется, что я уже вот-вот потеряю сознание, и всё, что держит меня на плаву – это пищащий комочек на моих руках.
– Мама! Мама! – кричит вдруг девочка лет семи и подбегает ко мне.
Ее худенькое тельце прижимается к моему грязному подолу, а ручки обхватывают за ноги. Она вся дрожит, и я копаюсь в памяти Белославы, выискав, наконец, что это ее… нет, моя дочь. Ирэн.
Она поднимает чумазое лицо, и в ее глазах я вижу страх пережитого ужаса. Не успеваю одной рукой прижать ее к себе и погладить по голове, как вдруг ее резко отрывают от меня.
– Негодная девчонка! Кто разрешил тебе сбегать? Если из-за тебя свиньи останутся без корма, я выставлю тебя голой на улицу в ночь!
Толстая кухарка с сальными волосами держит Ирэн за волосы, а второй рукой бьет ее скалкой по спине. На весь коридор раздается душераздирающий детский плач, и я сжимаю челюсти, кидаясь на женщину, которая так жестоко обращается с ребенком. Моим ребенком. Вот только делать это, имея на руках новорожденного, достаточно трудно и опасно.
Я успеваю пнуть ее под неповоротливый зад, прежде чем между нами встает слуга, сопровождающий меня к княгине Маре.
– Убери байстрючку, Огра, пока боярыня Мара не услышала ее визги и не дала ей розог, как позавчера. Ты ясно слышала наказ знахаря. Эти раны он залечил, а вот следующие удары плетью отправят ее в навь. А лишние руки нам в хозяйстве не помешают.
– Какой он знахарь тебе? – недовольно ворчит толстуха и щурится, упирая руки в толстые бока. – Он леший, изгнанный своими сородичами из ихних земель, так что пусть не строит из себя тут волхва.
Ирэн закрывают рот и уносят, не позволяя мне ее спасти, а меня заталкивают в приемную, после чего встают сзади, чтобы я не сбежала.
А внутри меня ждет княгиня Мара. И не одна.
На троне сидит князь Брон. Здоровенный и пугающий. Крупнее экземпляра я еще не встречала.
На его коленях сидит княгиня Мара и игриво крутит на пальце его длинный рыжий волос.
Их смех прекращается, когда они видят меня, а затем князь Брон подзывает меня пальцем, лениво оглядывая меня и морща свой высокородный нос.
– Мальчик? Девочка? – спрашивает он, но я молчу. – Впрочем, неважно. Волхв, что обманул меня и сказал, что ты и есть моя истинная пара, убит, а тебя ждет допросная, где ты подробно расскажешь, какой цели вы с ним добивались, пытаясь обмануть меня.
– Ч-что? – шепчу я, а затем ребенка с силой вырывают у меня из рук и несут супружеской паре на троне.
Меня же мигом подхватывают воины князя Брона и ждут его приказа.
– Сделай мне подарок на свадьбу, любимый, – дует губы княгиня Мара.
– Какой, душа моя?
– Отдай свою первую жену на потеху солдатне.
Я замираю, услышав эти слова. Ну не может женщина быть настолько жестокой к другой женщине. Вот только она говорит всерьез. А я не успеваю и крикнуть, как один из гвардейцев закрывает мне рот, а князь Брон одобрительно машет рукой.
– Девчонка ваша.
Глава 2
– Девчонка ваша.