Последний вздох для того, чтобы собраться, и Касс начала свою ворожбу. Неестественный зеленый свет стал литься из ее глаз, освещая всю комнату, а колдовской шепот стал окутывать тело мужчины. Бевоз сразу отреагировал на начало ворожбы, его дыхание стало спокойней, это хороший признак. Касс погрузила его еще глубже в сон, чтобы он не очнулся в самый не подходящий момент, и взяла нож.
Быстрым росчерком ведьма разрезала его потную рубашку, оголяя тело и отравленную рану, и приложила к ране серебряное лезвие. Касс шептала все настойчивей, приказывая яду впитаться в серебро. Серебро – единственный металл, который мог сгодиться в таком случае, и яд притянет и даже нейтрализует. Сильное зелье из смертянки, плохо слушалось и никак не хотело покидать плоть и кровь отравленного, тогда Касс громко запела. Ведьма не ожидала, что ей придется повышать голос, но ситуация была такова, что одним только шепотом уже не обойдешься.
Яд не смог сопротивляться столь сильному призыву и послушно отправился на собственную смерть в серебряном клинке. По мере проникновения яда в серебро, клинок становился черным, он впитывал смертельную болезнь. Последняя отравленная капля высвободилась и впиталась серебром. Ведьмина песня оборвалась.
Быстрее-быстрее…
Серебряное лезвие погрузилось в молоко с утренней дойки, чтобы этот яд больше никому не навредил.
Никто не ковал оружие из чистого серебра, слишком податливый и мягкий металл, ненадежный, поэтому Касс пришлось прибегнуть к дополнительной нейтрализации. А в таком деле не было способа вернее, чем молоко. Между прочим, именно поэтому дети растут на молоке, а его используют для лечения всех болезней, оно, действительно, вытягивает и выводит все пагубное.
Касс даже улыбнулась, теперь осталось необходимая, но все же мелочь. Она почистила рану, где водой, где ворожбой, вытерла всю кровь хорошенько промоченной тканью. В итоге, на поджаром теле осталась лишь глубокая полоска.
Как и в случае с оленем, зарастить ведьма повреждение не могла. Лекарственных трав поблизости не было, но у этого представителя дивного народа имелась и своя отменная регенерация.
Кстати, кем же он был?
Касс лизнула краешек раны, потому что не смогла пробить сильный морок. Ведьме пришлось распознавать суть мужчины по старинке! Покатав на языке вкус сукровицы, Касс понятливо кивнула. Звериная кровь! Оборотень! Оглядев приятную мужскую наружность, Касс попыталась отгадать вторую ипостась Бевоза, может быть, он лис? Для волка или медведя чего-то не хватало, однако, принадлежность зверя для Касс никакого значения не имела, так, любопытство одно.
Последнее, что ведьма могла для него сделать, это закрепить последнюю сухую тряпицу на повреждении и заговорить ее: та спадет, как только не останется и следа от былого ранения. А с регенерацией оборотня это произойдет уже через час или два.
Касс поднялась с колен и поплелась, шепнув напоследок, чтобы сон перестал быть наведенным. Теперь Бевоз проснется тогда, когда проснется. А ей можно было уходить. Она взялась за метелку-летелку и открыла дверь.
Ведьма с ходу попала под буравящий обстрел из глазищ самого молчаливого хищника. Касс инстинктивно хотела отпрянуть и даже попыталась сделать шаг назад. Но онемевшие ноги запутались, ведь ведьма только что хорошенько потрудилась над выздоровлением их, между прочим, друга, и Касс покачнулась, не удержавшись, и собралась упасть под ноги представляющему крайнюю степень опасности мужчине.
Однако, она не упала – одновременно случилось два события: метла, переживавшая за свою хозяйку, толкнула ее под зад помелом, чтобы придать ведьме правильное направление, а смертоносный молчун поспешил подхватить вымотанную до грани ведьму. Мужчина не ожидал толчка от метлы и раскрыл свои руки для ловли ведьмы не в тот момент, девица взяла и со всего размаха впечаталась ему в грудь, выбив из него воздух. А его тяжелые лапы тут же оказались на ее тоненьких плечах, не упускать же такую возможность – подержать нежную ведьмочку в своих огрубевших ладонях?
Касс даже не заметила нежданных объятий, ибо грудь оборотня была высечена из камня. Из ее глаз брызнули слезы, кажется, ведьма умудрилась хорошенько ушибить об него свой нос…
– Ты что с ведьмой сделал? – с интересом разглядывая плачущую ведьму в объятиях напарника, спросил подошедший обворожительный блондин.
– Не справилась? Убила? – взволнованно подскочил Дрейн, жадно вздыхая и втягивая воздух. Дрейн повел носом в сторону своего спящего друга, а, проанализировав состояние его здоровья, пришел к выводу, что ведьма сделала именно то, зачем ее сюда и звали. Бевозу больше ничего не угрожало, тогда почему же девчонка ревела?