– Смотри, сплошные кровоподтеки, кровоизлияния, а раны аккуратные, что приходится удивляться. Животные выдирают плоть у сопротивляющейся жертвы, а здесь все не так. Если предположить, что он не сопротивлялся, допустим, он уже был без сознания, то животному нет нужды кусать уже поданное блюдо… Я ничего не понимаю, но эти раны – полная ерунда, по сравнению с тем, что мы действительно будем лечить.
Рид выслушал внимательно все, что произнесла ведьма, но ничего ответил. Четверка явно вышла на тех, кого и искала… Но его волчью душу грело местоимение «мы», ведьма сказала, что «мы» будем лечить. Она уже объединяла его и себя. Р-р-р!
– Не отчаивайся, у тебя все получится, чтобы это ни было, ты все исправишь… – неловко попытался поддержать ее Рид.
Она явно испугалась предстоящего лечения. Волк не знал, почему, но ведьма нервничала, ибо она кусала свои бледные губы, тем самым приковывая его взгляд на это сладкое местечко. Ему захотелось ее поцеловать.
– Я глупа и самонадеянна, надо было раньше его осмотреть, а потом уж... – Касс замолчала, она пожалела, что произнесенное вырвалось из ее рта… Сжав кулаки, ведьма отбросила свои осуждения на собственную халатность. Ей предстояло все исправить. – Отойди, и не касайся его.
Касс не нужна была иголка, нитка – тут нечего было штопать. Все травмы она смажет после, когда угроза жизни перестанет нависать. Как бы не чувствовала себя виноватой Касс, но талисман снова сработал и хорошо сработал, он ненавязчиво сконцентрировал ее внимание на действительно важном – на том, что ей требовалось выполнить в первую очередь для благополучия своего носителя. Жаль, что она не осмотрела раненного до…
Глупая Касс… глупая-глупая.
Ведьмы не любили лечить собственной силой, вообще-то, они много чего не любили выполнять своим даром, ибо чрезмерные затраты ресурса всегда плохо отзывались именно на теле ведьмы. Ведьмы – не маги!
Из-за этого все ведьмы, и Касс тоже, прибегали к помощи даров природы, творя из этого зелья, талисманы и других помощников. Эта естественная помощь была необходима, и так было менее хлопотно для всех. Люди ведьм недолюбливали, так зачем отдавать больше необходимого? Сотворил порошок или настой необходимый, передал, и исчезла ведьма, никто и не видел…
Но для Касс все изменилось. Рядом с Грегори при дворе императора Веяра были другие правила игры, которые она прекрасна понимала и поддерживала, а в Рвейке… В Рвейке она познакомилась с Гувером, и он показал ведьме, что такое человечность! За короткое пребывание в этой пограничной деревеньке Касс не почувствовала ни одного презрительного или же неприязненного взгляда, и все это Рвейка с ее старшиной и жителями, даже без сердца Касс улавливала их доброту и готовность помогать друг другу и даже ведьме! И Касс ответит тем же…
Она знала, чем пожертвует, но добьется исцеления. Касс придется отдать все, что было и немного больше. За это она обязательно расплатиться, хорошо, что не сразу, она успеет гордо удалиться и не показать своей слабости! За всю свою жизнь ведьме удавалось всегда оставаться на границе дара, и она ни разу не переступала эту черту, в ее теле всегда оставалась хотя бы капелька силы. Сейчас же, Касс здраво опасалась, что ей не удастся пройти по этой грани и отделаться простой усталостью и бессилием.
Исцеление – самое тонкое приложение силы, а поэтому и самое затратное. Касс даже переживала, а значит и сомневалась: хватит ли ей того, что у нее есть. Но она должна была попробовать, потому что ведьма уже видела, как пострадавшая голова пульсировала изнутри, вот-вот, и хлынет кровь.
Свет из ведьмовских глаз сначала не мешал Риду, но по мере повышение девичьего голоска, зелень стала настолько яркой, что оборотень больше не мог наблюдать за перепуганной девчушкой. Ему пришлось прикрыть веки и внимательно слушать ведьминский непонятный говор. Рид подозревал, что сила Касс была внушительной, но теперь он в этом убедился лично. Касс слишком сильна и слишком добра…
Он слышал, как она водила руками над перебинтованной головой Сэма, как шелестело ее платье, когда ведьма поднимала, опускала руки, или тогда, когда перебирала ногами, застоявшись. И в один миг свет перестал быть ослепляющим, а голос ведьмы оборвался на напряженной ноте, оставляя после себя сокрушительную тишину.
Рид осмелился и открыл глаза. Прекрасная ведьма терялась на фоне яркого подаренного ими платья, которое он вместе с Дрейном быстренько выбрали на рынке Калиозы. Касс была серого цвета, в прямом смысле, кожа ведьмы сливалась со своей седой головой. Ее грудь хаотично вздымалась и опускалась, как будто она все это время бегала по лесу. Неожиданно для Рида, Касс перевела взгляд на него и смотрела так, будто бы могла видеть всю его суть, будто бы видела его черного волка, который вот-вот жалобно заскулит. Рид сглотнул ставшую вязкой слюну и жадно захотел, чтобы она видела его, только его одного! Волк с ним согласился!