Понимая, что расставание может затянуться, Касс приподнялась на носочки, неуловимо прикоснулась к сухим губам Рида своими и, улыбнувшись, развернувшись, побежала прочь. Ведьма оставила в секрете, что это было лучшее свидание в ее жизни, да оно немного омрачилось присутствием некоторых злодеев, но ничего – даже земляничное варенье немного горчит!
А пока ведьма и некоторые из Клыков спали перед новым наступлением, кто-то, как можно было догадаться, из кошачьего семейства предавался пылкой любви и пытался на языке тела объяснить, кто и кому предназначен. Кто-то делал вид, что сдался, и не позволял независимому сердцу проникнуться тем жаром, что дарил партнер… Кто-то, а именно та особа, которая забыла, как почтительно следовало общаться с ветром, мучила его потоки, выуживая все, что он успел услышать. Тот, кто позволил непросительную вольность жестоким рукам, довольно улыбался, глядя на безоблачное небо, он знал, что будет делать дальше. Его воодушевила та, что поздней ночью так пылко объясняла ему, как следовало поступить с ведьмой, что не согласилась вернуться… Кто-то из ищеек продолжали свои поиски в страхе, что случится то, чего они хотели избежать и оставить в тайне, а кто-то мечтал, о том, как сбудется его мечта и мечта всего его народа, и они обретут землю… свою землю!
Нити судьбоносного полотна уже все были вплетены, а узор наполовину соткан, но как он поведет себя дальше? Сойдется узелок к узелку или узор закончится совсем не так, как начинался?
Да, сон, где небесная ткачиха – юная девушка, что сияла, как матерь-Луна в небесной ночной вышине и работала на ткацком станке, был к хорошему знаменью! Так определила для себя Касс, поднявшись с печной лежанки.
Ни силой ведьмовской, ни силой Эсхайраса Касс не могла найти человека, которого она не видела, не слышала и даже не представляла, и, несмотря на все ее приободренное состояние ей оставалось лишь разглядывать руки каждого встречного, надеясь, определить то самое кольцо-печатку, которую так живописно описал Рид. Он говорил, что такое необычное украшение ни с чем не спутаешь. И это единственное, что действительно вселяло надежду… В конце концов, у них были еще целый день и ночь для того, чтобы разгадать эту загадку!
Касс не стала заниматься «лесной» деятельностью, а сразу помчалась с попутным ветром наперегонки в Рвейку, а точнее на чердак к Гуверу, чтобы поймать за хвост сразу двух фазанов: узнать первые новости и.. подкрепиться! Эсхайрас понимал, что ведьме важно участие, хотя и не особо понимал причин такой защиты каких-то двуногих, что жили за переделами его Леса, но раз он выбрал стеречь ведьмино сердце, то стерег его как мог. А Эсхайрас знал, что этому сердцу будет больно, если что-то случится с жалкими деревенскими жителями и с теми, кто носит под кожей зверя. Он даже не стал напоминать про цветы, которые выросли на ее горьких слезах, Эсхайрас дождется, когда ведьма и сама обратит внимание на распустившиеся остроконечные черные, как ночь, лепестки ведьминого горя!
Сбежав вниз по лестнице, Касс запыхалась и чуть ли не врезалась в неожиданно встретившегося ей на пути Бевоза! Оборотень ее аккуратно придержал за плечи, чтобы та не завалилась на пол в своей спешке, а заодно помог не быть ведьме сбитой своей чудной метлой, которая не успела вовремя остановится и врезалась в свою же хозяйку.
– А-ай! – воскликнула Касс и стала потирать свое мягкое место, по которому только что с дуру въехала метла, но быстро переключилась с ничтожного ушиба на важные вещи. – А ты что здесь делаешь?
– Тоже, что и ты! Присутствую!
– Нет, – помотала Касс белокурой головой, – я не об этом! Почему ты здесь?
Бевоз улыбнулся с выразительным снисхождением, он хотел бы и дальше подразнивать этого «ребенка», но из-за их спины прозвучал тяжелый голос Рида:
– Бевоз! Отпусти уже Касс, дай ей пройти к столу, я издали слышу урчание ее желудка!
– И ничего мой желудок не урчит! – фыркнула Касс и была выпущена из не позволивших упасть рук Бевоза.
– Доброго утра! – поприветствовала всех ведьма и проскользнула к своему ревнивцу. Тут же была поймана и обнята всем или не всем, абсолютно безразлично, на радость!
– Доброго! – прошептал ей на ухо Рид, мечтая о том, чтобы каждое утро он смог вдыхать лесной аромат ее волос!
– Хватит портить всем аппетит! – возмутительно неприветливо отозвался Крис.
– Касс, иди есть… – попросил ее Гувер, переживая, что пока она наобнимается со всеми оборотнями, то помрет с голода!