— Прижми задницу к стулу, пикапер начального уровня, — моя ладонь ложится на плечо Гришки, и взгляд становится очень серьезным. Я как бы намекаю: сдвинешься — убью.
Глава 8. Нечто откровенное
Бедолага весь побелел от моего взгляда и стушевался, а Марина Марьяновна оказалась рядом, застыв точно прекрасное изваяние при виде меня.
— Что такое, босс? — не могу сдержать сарказм, который ядом разъедает вены.
Кажется, начальника еще больше впала в ступор, но затем очнулась и покачала головой.
— Вот значит, как ты проводишь свободное время, Ливанский, — насмешка в голосе Марины меня просто бесит, стимулируя речевой аппарат на реакцию.
Пока Гриша не очнулся, переводя взгляд с одного на другого, я отвечаю:
— Так радость же — уволили. Чего бы ни отметить, — салютую пустым бокалом, игнорируя тихое фырканье.
Марина тяжело вздыхает, бросает сумку на соседний стул и с трудом забирается на тот, что подле нас. Выглядит Стерлядь гораздо лучше, чем несколько часов назад. Видимо, пришла в себя, накрасилась. Только грустный взгляд не смогла скрыть, но ведь это не моя вина, верно?
— Я об этом хотела поговорить, — Марина косится на Гришу, который от волнения грыз край пустого бокала из-под коньяка. — Думала, что завтра в офисе увидимся. Не знала, что ты здесь будешь.
Я с подозрительно щурюсь. Чего она сегодня добрая такая? Неужели права наша чокнутая Ирка, и людей подменяют инопланетные захватчики? Неспроста это, что-то не так. Может, Марьяновна хочет меня отдать в лабораторию на исследования, только Гришка мешает своим присутствием. Правда, лучший друг быстро смекает, делает какие-то выводы и стремительно встает с дурацкой улыбочкой на губах. Глазом еще подмигивает таинственно, будто я должен понять тайный знак.
— Ну, пошел я, — бодро рапортует этот кретин, нетвердой поступью устремляясь в сторону выхода.
— Вот скотина, счет не оплатил, — я уныло отворачиваюсь к бармену, кивая на пустые бокалы и доставая смартфон для оплаты.
Пиво пенится, а Марьяновна жмется и не знает с чего начать. Молчу, жду, пока созреет и выразит мнение, на которое мне глубоко поровну.
— Что желаете? — радостно улыбается бармен, поправляя бабочку и игнорируя недовольное выражение моего лица. Того гляди растечется по стойке перед Мариной.
— Виски, — твердо говорит Стерлядь и ловит мой недоуменный взгляд, — с кока-колой.
— Мигом!
— По-моему, только у меня сегодня легализировано право пить алкоголь, — фыркаю я, пытаясь сгладить неловкое молчание. — Женщине вреден спирт в любых количествах.
— Сказал мой пьяный хахаль, — иронично замечает Марина.
Ой, не могу. Держите меня под ручки, пока на полу от смеха не задохнулся.
— Ха-ха.
— Не шучу, мне так заявил генеральный, — отзывается Стерлядь рассеянно, осторожно беря в руки поданный бокал.
— Что я пьяный?
— Что ты любовник, — с укоризной смотрит Марина, будто все проблемы произошли из-за меня.
Нет уж, перевалить ответственность не получится. Я не виноват в том, что какой-то кретин любит сболтнуть лишнего при начальстве. Правда, легче от этого не становится. Уволят меня, а Марьяновна продолжит работу. Нижестоящий по должности — всегда главный козел.
Сколько ни думай, а смысла расстраиваться нет. Напишу, что есть, затем вернусь к космической фантастике. Можно просто сменить издательство или уйти на интернет-площадки. Хотя каюсь — это был классный эксперимент.
— У меня вчера был день рождения, — между делом говорит Марина, заставляя вернуться из мыслей в реальный мир.
И зачем так ошарашивать? Похоже, изумление на моем лице становится слишком явным, поскольку Стерлядь усмехается и выпивает залпом половину бокала со своим тошнотворным коктейлем.