Это объединение сил также усиливает силу, то есть дары их вида усиливаются вместе. Эта техника может быть использована для борьбы со смертельными болезнями Фейри или даже для снятия проклятий.
— Блядь, да, — воскликнул Орион, ударив по столу, и улыбка расплылась по моему лицу.
— Тори, — вздохнула я.
— Вы вдвоем сможете побороть его. — Орион засиял так ярко, что на его правой щеке выскочила ямочка. — Почему мы не подумали об этом раньше?
— Потому что мы идиоты, — рассмеялась я и бросилась к Ориону, обнимая его, его крепкие руки так плотно обхватили меня, что я практически перестала дышать.
Когда мы прочитали страницу за страницей и пришли к выводу, что нам с Тори нужно попробовать выжигать проклятие каждый день, пока оно не поддастся нашему общему пламени, Орион закрыл книгу и поднялся на ноги.
— Давай вернемся в Берроуз, — сказал он. — Вы можете начать прямо сейчас.
Я тоже поднялась на ноги и направилась к выходу, чтобы позвонить в колокольчик Арнольду с гораздо лучшей задумкой в голове.
— Мы в Библиотеке Потерянных, мы можем выделить немного времени на исследования.
Орион бросился ко мне, в его глазах появился отблеск прежней сущности, когда он внял моим словам.
— Ты уверена?
— Проклятию могут понадобиться недели, чтобы сгореть, — сказала я. — Ничего страшного не случится, если мы проведем здесь пару часов.
Лицо Ориона засветилось, как у ребенка в рождественское утро, и я улыбнулась ему, подпрыгивая на носочках, так как волнение охватило и меня.
— Мы заслужили немного веселья.
При слове «веселье» звериная ухмылка растянула его рот, и его клыки сверкнули на меня, заставив мой живот запорхать бабочками.
Арнольд появился с громким мычанием, напугав меня до смерти, и я проклинала его, пока он вел нас обратно по туннелям к выходу из лабиринта. Мы вернулись в главную библиотеку через большие двери, и мы вдвоем сразу же бросились вниз по узким книжным шкафам, где в воздухе танцевали золотые бабочки, а над нами на лианах вились красные цветы, то распускаясь, то снова закрываясь.
Магия этого места была нереальной, и вскоре я заблудилась в лабиринте стопок, каждый поворот заставлял меня задыхаться от красоты этого места. Здесь были фонтаны с бурлящей водой и крошечными прозрачными дельфинами, выпрыгивающими из воды и уплывающими в свои глубины, целые участки, где трава росла до колен, и нам приходилось пробираться через нее к гигантским поганкам, на которые можно было забраться по лестнице и сидеть на их мягких поверхностях. На другом участке был домик на дереве с потайными дверцами в стволе, где среди гнезд из мха и веток лежали книги. На деревьях даже ухали совы, а один орел спустился понаблюдать за нами, когда мы лежали в гигантском гамаке, висевшем между двумя огромными ветвями, прижавшись друг к другу, и читали смертную книгу о паре девочек-близнецов, одна из которых была выбрана королевскими Вампирами, захватившими Нью-Йорк, а другая объединилась с последней Истребительницей на Земле, которая оказалась чертовски горячей.
Группа Сфинксов взяли книги с полок и улеглись в траве, глядя на них с восторженным видом, а Орион прошептал мне, что их вид может шагнуть прямо на страницы истории. Они не просто видели ее в своей голове, они проживали каждое слово, все происходящее разыгрывалось в их сознании, как будто они были главным героем, и это звучит довольно потрясающе. Наверное, это невероятно — прочувствовать любимые книги воочию, погрузиться между страницами так глубоко, что казалось, будто эти миры существуют на самом деле.
— В какую книгу ты бы отправился? — спросила я Ориона, проводя пальцами по густой щетине на его челюсти.
— Нет ни одной истории, в которую я бы хотел отправиться, кроме нашей, — просто ответил он, и будь проклят этот человек за его острый язык. Мое сердце практически собрало вещи и вылетело из груди, чтобы переехать и жить в его сердце. В любом случае, оно уже полностью принадлежит ему.
Затем мы поднялись наверх, где повсюду парили облака, и мы шагнули прямо на них, позволив им пронести нас по всему пространству с зеркальным стеклом, которое отражало лазурное небо. Книги были спрятаны между зеркалами, их обложки были прозрачными, пока они не оказались в наших руках, и я улыбнулась невероятной магии, когда мы потерялись в ней, забыв о проблемах, которые ожидают нас где-то над головами.
Когда мы подошли к резной деревянной двери, размером с дом, я с восторгом посмотрела на Ориона, а затем взялась за бронзовую ручку и повернула ее, обнаружив, что дверь невероятно легко поддается движению, учитывая ее размеры.