Наверное, и к лучшему. Будь при мне оружие, разнесла бы кабинет в приступе ярости, потом пришлось бы еще и порчу имущества отрабатывать. И мысль об этом порождает другую, куда более противную. А что еще мне придется отработать? Жизнь в роскошной квартире, место в клубе, связь и даже метку – что потребует с меня Грегор, если для него я всего лишь одна из кучи таких же глупых девчонок? Пожизненно воровать для него чужие документы? Или сжигать неугодных?
С этим он и сам прекрасно справляется.
На кончиках пальцев вспыхивает пламя, и я спешно сбиваю его о топ в надежде, что никто не обратит на меня внимания. Метка надежно спрятана под плотным напульсником, но вот вспышки голубого пламени заметить куда проще. Но ни редкие посетители, ни бармен, ни охранник в мою сторону не смотрят. С облегчением выдохнув, я спешу к дверям и выхожу на свежий воздух. Впереди маячит знакомый небоскреб на тридцать пять этажей, мою квартиру на четырнадцатом отсюда и не разглядишь – даже балкон ничем не выделяется среди сотен таких же.
Прошло почти полгода, а я до сих пор не могу назвать это место домом. Нет у меня никакого дома, если не считать того, что сгорел когда-то в Либерти-Сити. Каморка в Овертауне никогда мне не принадлежала, а это… Это просто очередная подачка от Грегора, и одному богу известно, какого черта он разбрасывается такими «подарками».
Вот урод. Но злиться я должна не на него.
Возвращаться в квартиру не хочется, в клуб – тем более, и я сворачиваю в сторону небольшого круглосуточного магазина на соседней улице. Можно взять огромную пачку чипсов и пару банок пива и всю ночь смотреть сериалы, прямо как в первую ночь на территории Змея. Только на этот раз обязательно пригласить Шерил, потому что ночь в одиночестве я не вынесу.
А Грегору позвонить не смогу, даже если очень захочу. Это окончательно разрушит наши и без того несуществующие отношения. Он просто вышвырнет меня отсюда, а мне совсем не улыбается от него уходить. Пусть мы будем коллегами с привилегиями, лишь бы только были. За прошедшие полгода я слишком уж к нему привязалась.
К колючему, своенравному и местами жестокому Грегору. Только ко мне он никогда жесток не был.
За исключением сегодняшнего дня.
«Зря», – сказал он, и сердце покрылось мелкими трещинами. Спасибо, что не разлетелось на куски. Впрочем, еще не вечер – ставлю десятку, что разревусь, едва вернусь домой, и даже Шер позвонить не смогу. Поною ей в трубку, и дело с концом.
Переулок между знакомыми домами встречает меня непривычной темнотой. Не горят фонари, не переливаются всеми цветами радуги вывески магазинов и ресторанчика. Лишь тускло светится грязно-серая аура – будто бы смутно-знакомая, хотя я и не помню никого, кто носил бы настолько невзрачный цвет. Пустой.
Изнутри поднимается волна тревоги и легкого страха, и я отступаю назад, но в то же мгновение упираюсь во что-то горячее и твердое. В кого-то. Вот только обернуться уже не успеваю – на голову мне с силой опускается тяжелый кулак, и мир перед глазами расплывается и тонет в кромешной тьме. Пропадает и серая аура, и едва ощутимый запах дешевого парфюма.
Последним, что я вижу, становится пара видавших виды кроссовок и грязные колеса старого пикапа.
Глава 31
Грегор
– Мне кажется, ты где-то проебался, – хмыкает Ксандер, едва показавшись в кабинете. Заходит без стука и даже не спрашивает, занят ли я или, может, хочу побыть один.
Чего я хочу на самом деле, так это заехать другу по шее и заставить его свалить как можно дальше как можно быстрее. Честное слово, в моем кабинете в «Садах» народу за день бывает больше, чем в коридорах, и всем от меня что-то нужно. Что Лиаму с проклятыми финансовыми отчетами, что клиентам, что Ксандеру.
От последнего хотя бы подлянки ждать не стоит.
– Мне кажется, тебя не спрашивали, – отвечаю я холодно спустя добрых полминуты. Пламя внутри не полыхает, но тлеет и грозится в любой момент обратиться пожаром, готовым сожрать все на своем пути. И Кейн исключением не станет, даром что не помрет.
– Дело твое, Грег, но угомонил бы тогда свою подружку. Она того и гляди разнесет что-нибудь, потому что в последний раз, когда я ее видел, она отчаянно колошматила двери кабинета. Или скажешь, сам ей велел в разнос пойти?
Да что он понимает? Дрожащими от раздражения пальцами я хватаю пачку сигарет и спешно закуриваю, не потрудившись даже найти зажигалку. На кой черт, если у меня и без того пламя с кончиков пальцев срывается. Так хоть какой-то будет прок.