У меня все еще есть сердце.
И значит это только одно: я ошибся. Позволил себе слишком много, помедлил, и теперь Алекс в опасности.
Серебряное пламя разгорается ярче и перекидывается на отвороты пижонского твидового пиджака Лиама. Тот уже не скулит – вопит во все горло, вскакивает с металлического кресла и неуклюже валится на пол. Катается по нему, как самая настоящая тряпичная кукла.
Поделом, Лиам.
Подрагивающими от волнения руками я достаю из кармана смартфон и набираю за последние полгода ставший родным номер. Я знаю его наизусть. Но на том конце провода раздаются лишь одинаковые длинные гудки. Один, два, три, десять. Дыхание учащается, кровь стучит в висках и отходят на второй план оглушительные крики.
Меня не смущает даже пляшущее вокруг меня самого пламя.
Если Алекс не отвечает, это еще ничего не значит.
Но набрать другой номер я не успеваю – на экране высвечивается «Кейн». Пусть скажет, что с куколкой все в порядке. Что она вернулась домой или сидит в клубе, а за ней двадцать четыре на семь наблюдает кто-нибудь из ребят. Увы, по телефону гипноз не срабатывает.
– Плохие новости, Грег, – голос Кейна звучит непривычно серьезно и мрачно. – Алекс пропала.
Mierda!
Телефон летит на пол и разбивается вдребезги, прежде чем утонуть в новой волне пламени. Тонет в ней и тело Лиама, его криков не слышно за ревом огня, и все это до боли напоминает о прошлом. На мгновение я вновь чувствую себя двадцатилетним сопляком, неспособным держать в руках даже самого себя, что уж говорить о других. Вспоминаю горящие ангары на окраине Либерти-Сити и уничтоженный огнем дом семьи Нотт.
Не спас Эмилию. Не спас мать. Не спас Ноттов.
И Алекс тоже не спасешь.
Я с силой луплю по стене кулаком. Раз, другой, третий. Запах паленой плоти забивается в нос вместе с густым темным дымом, а крики Лиама уже пару минут как стихли. Останусь здесь еще на мгновение, и свалюсь замертво – сгорю, как сгорают внутри десятки, сотни сожалений.
На ладонях остаются уродливые следы от прикосновения к раскаленной до бела дверной ручке, и я захожусь хриплым кашлем, едва выхожу в коридор. Запахом пламени и смерти я пропитался насквозь, но какая разница? Сам виноват, что не сумел удержать себя в узде. Лиам не сказал ни слова о том, где сейчас Алекс, а ведь наверняка знал.
Иначе не быть не могло. Ублюдок готов был обменять знания на свою никчемную жизнь. Теперь же Лиам – всего лишь пепел. Ты добился, чего хотел, Грегор? Ты счастлив, что отыгрался на мелкой сошке? Или доволен тем, что куколка вышла из клуба по твоей милости? Ты мог просто во всем ей признаться. Все было бы в порядке.
Черт. Черт. Черт!
Внутреннее пламя разгорается с новой силой, и я уже не в состоянии себя контролировать. Я найду Алекс, даже если ради этого придется спалить весь город или отправить Моралеса прямиком в ад, и никакой Лиам мне для этого не нужен.
К куколке меня приведет либо метка, либо записи с камер вокруг клуба. И камерам я доверяю куда сильнее.
Глава 33
Алекс
Вокруг не слышно ни грохота музыки, ни знакомых голосов, ни типичного для Коконат-Гроув жужжания большого города. Здесь так тихо, что кажется, будто кто-то как следует врезал мне по голове, и я оглохла. Еще и глаза открыть – подвиг достойный героя, веки ощущаются в сотню раз тяжелее обычного и отказываются подчиняться, даже когда я трачу на это все силы. Тело словно налилось свинцом, а то и вовсе принадлежит кому-то другому.
Какого хрена? В памяти всплывают лишь обрывки вечера: просторный кабинет Грегора в «Садах Эдема» и противная тупая боль в районе сердца. Не было ни алкоголя, ни шумных вечеринок на первом этаже. Так с чего бы голова раскалывается на части? Откуда противное головокружение и чувство тошноты?
В попытках подвинуться я валюсь лицом на пол, и меня едва не выворачивает наизнанку. Содержимое желудка остается на месте лишь чудом, и только сейчас я наконец разлепляю веки. В глаза бьет яркий свет, и я на секунду закрываю глаза обратно. Приходится как следует проморгаться, чтобы разглядеть просторную полупустую комнату, сплошь и рядом заставленную высокими металлическими стеллажами. Затянутые трубами, как паутиной, потолки тоже что надо – не иначе как склад какой-то.
Только никакого склада нет ни в «Садах», ни рядом с ними. За прошедшие месяцы я изучила территорию Змея вдоль и поперек – по крайней мере ту ее часть, где мне позволяли бывать, – и точно знаю, что меня не то что на склад, меня и на кухню клуба никогда не отправили бы.
Стоит двинуться еще раз и попытаться встать, как руки от запястья до локтя сковывает болью – веревки натягиваются, плечевые суставы только чудом остаются целы. Чтоб его! Но даже выругаться вслух не выходит, потому что рот неаккуратно перетянут строительным скотчем.