Да чтоб тебя!
– Иди в задницу, Шер, – говорю я, отдернув руки и выпрямившись. – Все было норм. Просто потом мы пересеклись в его клубе, он был пьян, я тоже, и…
Об этом думать-то сложно, не то что рассказывать, но я все-таки выкладываю все как на духу. Шер можно доверять, она никому не станет трепать, что Змей положил глаз на одну из своих должниц. Тем более на меня. Нет, Шер поймет. Но к щекам все равно приливает жар, а дыхание учащается, стоит только вспомнить о тех коротких минутах на кожаном диване.
«Я не шучу», – так он сказал. Боже, лучше бы шутил, было бы гораздо проще.
– Лучше бы ты с ним просто переспала, – тяжело вздыхает Шерил, когда убирает бутылку обратно в сумочку. Судя по взгляду, сейчас ей хочется вовсе не воды.
– Ты нормальная? Ему тридцать, за ним по пятам ходит подружка, куда мне с ним спать?
– Какой ужас! – иронично восклицает она. – Конечно, гораздо лучше сделать вид, что на тебя напали, и сбежать. Подумаешь, что это за ночь может привести к войне между парой банд. Или к тому, что Змей перетрясет несколько районов просто так. Никто же и не подумает после этого, что он не в себе. Он же ничего не потеряет.
В голосе Шер сквозит откровенный сарказм, и мне становится стыдно. Да, я поступила как ребенок и прекрасно все понимаю. Теперь, когда мохито почти выветрился, а в голове остались лишь страх да неприятные предчувствия. Расклад хуже и представить невозможно.
Пару часов назад, с остервенением колотя лифт и позволяя пламени срываться с кончиков пальцев, я не задумывалась, чем эта выходка обернется для Змея. Не для Грегора, который поцеловал меня в клубе, а именно для Змея – для серьезного человека с жуткой репутацией. Такой может спалить Овертаун, глазом не моргнув. И все только из-за того, что мне не хватило мозгов.
Я в ужасе сглатываю и до боли стискиваю пальцами острые колени.
– Я в дерьме, – обреченно тяну я после долгой паузы.
– В полном. Сколько ты здесь уже болтаешься?
– Пару часов. Может, чуть больше. Примерно с тех пор, как набрала тебе.
Тишина. Да, Майами тоже никогда не спит, и людей на улицах все еще полно, но здесь, в парке Трейдвинд, их толком не слышно – только крики чаек вдалеке и мое тяжелое дыхание. Всего два часа, разве не могу я просто позвонить боссу и сказать, чтобы он не сходил с ума?
Привет, Грегор, я в порядке, ты еще не отдал приказ сравнять Либерти-Сити с землей? Звучит просто чудесно. Блядь, а ведь первым делом он наверняка потянется именно туда. Ну кто мог меня тронуть? Бакстер, конечно же!
– Дай мне свой телефон, Шер, – бросаю я нетерпеливо и протягиваю к сумочке подруги дрожащие руки.
– Ты его номер наизусть помнишь? Боже, и впрямь лучше бы переспали.
Но ничего я не помню. Так и застываю с телефоном в руках, как громом пораженная. В голове звенящая пустота, а перед глазами всполохи серебристого пламени и рассыпающиеся пеплом малоэтажные дома Либерти-Сити. Так облажаться нужно еще постараться.
Если выживу, то к алкоголю больше не притронусь, ни одного коктейля себе не позволю.
– Слушай, может, вызовем такси? Тут до «Садов» минут двадцать ехать.
– Ну уж нет, подруга, в обитель Змея ты поедешь одна. Так и быть, скинусь тебе на «Убер», но со всем остальным разбирайся сама: я предупрежу Гарольда, что у тебя могут нарисоваться проблемы, но что он может? Нам сейчас лишние терки не нужны, Отбросы и так постоянно к нам цепляются.
Возьми себя в руки, Алекс! Кажется, будто совесть вдруг заговорила голосом Шер.
Вон, у ребят из Овертауна тоже полон рот трудностей, не хватало еще, чтобы Отбросы решили выместить злость на Гарольде и Шер. Нужно сесть в такси и рвануть к «Садам», объяснить все Грегору или хотя бы Ксандеру, если босс уже куда-то свалил. А если меня пристрелят прямо на месте, то так тому и быть. Нужно уметь отвечать за свои идиотские поступки. Хотя бы иногда.
– Спасибо, Шер, – улыбаюсь я напоследок, пусть улыбка моя и совсем невеселая. – Если я сегодня сдохну, то завещаю тебе те двадцать баксов, что у меня еще остались.
– Нужны мне твои двадцать баксов. Просто возвращайся живой, Алекс. Змей – не монстр какой-то, тем более если сам к тебе подкатил. У тебя шансов выжить явно больше, чем у любого, кто пытался его обставить.
Сколько же в ней оптимизма, мне бы его хоть толику. Но нет. Дождавшись такси и попрощавшись с подругой, я сижу в темном и насквозь пропахшем дешевым освежителем салоне и подрагиваю от волнения. Соваться в «Сады» сейчас – все равно что добровольно сунуть голову в петлю, и я уверена, что босс обязательно выбьет табурет у меня из-под ног.