Она смутно осознала, что больше не пытается убежать, а, наоборот, старается прижаться ближе и спрятаться у него на груди. Её руки обвились вокруг его шеи, лицо прижалось к его горлу, и она начала так сильно всхлипывать, что была не в состоянии ни думать, ни дышать. Все эмоции слились в единый поток, отличить одну от другой стало невозможно. Так много всего чувствовать одновременно, было сродни безумию.
Корсет казался слишком тугим, будто её грудь умышленно сжало в челюстях какое-то живое существо. Кэтлин почувствовала слабость, колени подогнулись. Она начала медленно оседать, но её подхватили и подняли сильные руки. Кэтлин была не в состоянии отыскать опору или контролировать ситуацию. Она могла лишь сдаться на милость сгущающихся вокруг неё теней.
Глава 4
Спустя какое-то время, к ней начало медленно возвращаться сознание. Кэтлин пошевелилась, услышав рядом с собой приглушённые голоса, удаляющиеся шаги и неослабевающий стук дождя по крыше. Она раздражённо отвернулась от этих звуков, желая снова погрузиться в приятную дремоту. Что-то мягкое и тёплое нежно коснулось её щеки, от этого Кэтлин окончательно пришла в себя.
Руки и ноги казались неподъёмными и расслабленными, голова покоилась на чём-то удобном. Тело прижато к твёрдой поверхности, которая поднималась и опускалась в размеренном ритме. С каждым вдохом она всё чётче различала запах лошадей, кожи и ещё чего-то свежего, наподобие ветивера7. У неё закралось смутное подозрение, что сейчас утро... но казалось, что это не совсем так...
Вспомнив шторм, она напряглась.
Около уха послышалось таинственное бормотание:
– Вы в безопасности. Обопритесь на меня.
Кэтлин распахнула глаза.
– Что... – запнулась она, моргая. – Где... ох.
Она обнаружила, что смотрит в глаза тёмно-синего цвета. Поняв, что Девон держит её в своих объятиях, Кэтлин испытала слабый, не сказать что совсем неприятной, укол боли где-то под рёбрами. Они сидели на полу седельной комнаты, на куче сложенных одеял и ковриков для лошадей. Здесь было самое тёплое и сухое место во всей конюшне, для удобства расположенное рядом со стойлами. Сквозь люк в крыше падал свет на ряды сёдел, покоившихся на крючках, прикреплённых к стенам из веймутовой сосны. Капли дождя струились по стеклу, отбрасывая вниз пятнистые тени.
Решив, что она не готова столкнуться с ужасными последствиями своего поведения, Кэтлин снова закрыла глаза. Её опухшие веки чесались, и она неловко подняла руку, чтобы их потереть.
Девон поймал её запястье, и отвёл в сторону.
– Не надо. Вы только сделаете хуже. – Он вложил ей в руку мягкую ткань, один их тех обрезков материи, которыми протирают сбрую. – Она чистая. Главный конюший принёс её пару минут назад.
– Он?.. Надеюсь, я не пребывала… в таком же положении? – спросила она тонким надрывным голосом.
Казалось, вопрос Девона позабавил.
– Вы имеете в виду, в моих объятиях? Боюсь, всё было именно так.
С её губ сорвался страдальческий стон.
– Что он, должно быть, подумал...
– Он ничего не подумал. По сути, он сказал, что лучше бы вам «пореветь», как он выразился.
Чувствуя себя униженной, Кэтлин промокнула глаза и высморкала нос.
Рука Девона скользнула в её растрёпанные волосы, кончики пальцев принялись нежно массировать кожу головы, как будто Кэтлин была котёнком. С его стороны очень неприличное поведение, но настолько приятное, что она не смогла заставить себя возразить.
– Расскажите, что произошло, – попросил он мягко.
Кэтлин чувствовала себя обессилившей. Её тело обмякло, словно пустой мешок из-под муки.
Даже попытка покачать головой казалась утомительной.
Его рука продолжала успокаивающе играть в её волосах.
– Расскажите.
Она так устала, что была не в силах ему отказать.
– Во всём виновата я, – услышала она свой голос. Из уголков глаз побежали жгучие слёзы, и, стекая по вискам, исчезали в волосах. – Тео погиб из-за меня.
Девон молчал, терпеливо ожидая, когда она продолжит.
Слова начали вырываться из неё в стыдливом порыве:
– Я довела его до смерти. Мы поругались. Если бы я вела себя так, как положено, если бы проявляла доброту, а не злобу, Тео всё ещё был бы жив. В то утро я собиралась покататься на Асаде, но Тео захотел, чтобы я осталась, и мы продолжили выяснять отношения. Я отказалась, с ним бесполезно спорить, когда он в таком состоянии. Тогда он решил прокатиться со мной, но я сказала ему... – Она замолкла на полуслове, горестно всхлипнув, и решительно продолжила: – Я сказала, что он не сможет скакать наравне со мной. Он пил всю предыдущую ночь, и ещё не протрезвел.