Глава 1
Ольга
Меня посетило чувство жесточайшего дежавю: снег, болтливый водитель, Зимний дворец и недовольное лицо Корфа. Секретарь Алексея не обрадовался, когда увидел меня у кабинета императора — раздраженную, невыспавшуюся и посылающую лучи гнева в сторону наследника престола.
Чтоб тебе пусто было, Алексей!
— Его императорское величество не принимает, — собрал губы утиным клювиком Корф и поморщился, когда я равнодушно пожала плечами. — Государь изволит отдыхать.
— У меня назначено.
— Хоть назначено, хоть переназначено. Вам сказано, что его императорское величество никого не принимает.
Такая агрессия со стороны секретаря сбила с толку, и я приподняла брови. Как только Корф понял, что перегнул палку, то вздрогнул, но не отступил. Его упрямство и преданность вызывали некоторое уважение.
— Мне кажется, господин Корф, вы только что меня оскорбили?
Мой голос напоминал звон молота по раскаленному металлу, а взглядом я постаралась передать все скопившееся презрение. Я на дух не переносила тех, кто работал и на ваших, и на наших, поэтому широкий жест во имя государя не оценила.
У Корфа хватило ума опустить голову и проблеять:
— Ни в коем разе, ваше сиятельство. Простите, бес попутал.
Я открыла рот, но в этот момент из-за приоткрытой щели дверных створок послышался приглушенный голос Николая:
— Илья, пропусти княгиню.
Корф мгновенно подчинился, даже колебаться не стал. Он поклонился и схватился за золоченую ручку и распахнул декорированную дверь. Впустил меня в вотчину его императорского величества — в святая святых.
Личный кабинет.
— Проходите, княгиня.
Вот тут-то меня и накрыла паника. Как баран, я застыла на пороге и сделала несколько глубоких вдохов. После нашей ссоры с Алексеем в стенах Петропавловской крепости, затянувшегося магического боя и демонстрации моих способностей, неизвестно, как поведет себя Николай по отношению ко мне.
Первое лицо государства, человек, в руках которого сосредоточена власть всей Российской Империи, может сделать что угодно. Пусть он и ограничен парламентом, но последнее слово все равно остается за императором.
Вдруг Алексей сказал, что мы больше не вместе? Или вообще отрекся от любой связи со мной и оставил на растерзание отцу? Правда, тогда я бы приехала не сюда, а в тюрьму под конвоем. Но мало ли.
— Проходите, княгиня, — вмешался в мои мысли Николай. — Я не кусаюсь.
Его улыбка резко контрастировала с бледным видом, сдвинутыми бровями и усталостью в голосе. Будто император все утро разгружал вагоны, поэтому весь трясся и тяжело дышал. Как только я переступила чертов порог, а дверь за моей спиной захлопнулась, он согнулся пополам и разразился страшным кашлем.
— Воды… — захрипел и потянулся к стоявшему на столике графину.
Кинувшись в зону отдыха, я схватила первый попавшийся стакан, наполнила его и поспешила к Николаю. Сердце колотилось, как у белки в бегах, пока он пил. Мой взгляд приковали красные пятна на бумагах, появившиеся вот-вот, после приступа удушья.
Уж не поэтому ли Николай сегодня не принимал?
— Благодарю.
Со стуком стакан приземлился на дубовый стол. Темно-серый взгляд метнулся к распахнутому окну, словно император опасался, что кто-нибудь заглянет в верхние этажи или услышит, как ему стало дурно.
— Закрыть? Или позвать господина Корфа, чтобы он позвонил вашему лейб-медику? — осторожно поинтересовалась я, но в ответ получила покачивание головой.
— Нет. Присаживайтесь.
Пришлось пристроиться на ближайшем стуле. Жесткая спинка мешала расслабиться, неудобное сиденье заставляло ерзать. Захотелось прочистить горло, которое скребло изнутри предчувствием чего-то нехорошего. Еще ногти погрызть, что не пристало благородной леди, тем более княгине.
— Ваше императорское величество… — начала я, но Николай поднял руку.
— Расслабьтесь, Ольга. Если бы я хотел вас казнить, уверяю, вы бы об этом узнали первой.
Он издал короткий смешок, отчего в груди сработал невидимый механизм. Легче не стало, но я хотя бы расслабилась. Немного. Нашлось время на осмотр причудливого готического интерьера кабинета.