— А что насчет заклятой книги?
В его глазах полыхнул интерес, а я приподнял подбородок повыше и дождался ответа.
— Если готовы принести в жертву чертову дюжину сильных магов и столько же ведьм — вперед. Но сойти вы все равно не сможете, поскольку колесница всегда движется. Остановить ее можно только изнутри. Правда, за последствия я не ручаюсь. Те, кто вырвутся вместе с нужными душами, кинутся через прорехи в другие миры и начнут там бесчинствовать.
— Я в курсе. Нельзя нарушать баланс.
— Есть еще способ. Менее кровавый и не такой затратный, но цена у него даже выше по некоторым критериям, — Кристиан поддел пальцем кончик лепестка розы, затем оглянулся на меня. — Вода из колодца Чудес, который находится в сердце Пыльного леса, граничащего с королевством Роз, подарит одно желание любому, кто достанет ее. Но увы, хозяйка этих мест не раздает желания просто так.
— Разве это не сказки?
— В сказках говорится про исполнение желаний без условий. А колодец в обмен на волшебство потребует человеческую жертву.
— Любую?
— Нет, ваше императорское высочество. Он всегда просит родную кровь того, кто взял у него что-то взаймы. Либо это ваш отец, либо мать, либо ребенок, либо…
Кристиан замолчал и выразительно выгнул бровь.
— Брат, — прошептал я.
[1] Спасибо тысячу раз (фран.)
[2] Песня из оперы «Риголетто» под названием «La donna è mobile»
Глава 4. Алексей
Усадьба Виноградово, которая располагалась меж древних берез в Московском уезде, встретила нас тишиной и шумом ветра.
Территорию делили два дома, которые располагались у раскинувшегося неподалеку пруда. Бревенчатый особняк Германа украшала колонная терраса, двухъярусная часовая башенка-бельведер с волютами и купол-вазон. Другой дом, Эммы Банзе, созданный в классическом стиле, впечатлял не так сильно, но занимал большую площадь. Именно там располагался второй по величине ведьмовской штаб.
В смутные годы оба строения пострадали от рук краснозоревцев: бунтовщики прорвались на охраняемую территорию, убили хозяев и разграбили имущество. После этого усадьба много лет пустовала, всё зарастало бурьяном.
Грибок, мусор, дикоросы, которые оплетали каждый уголок, заполонили все вокруг, пока в две тысячи пятнадцатом году мой отец не передал оба здания и прилегающие к ним земли в вотчину Российского ковена.
Насколько я мог судить, они неплохо здесь обустроились. До сего момента у меня не было возможности посетить это место. Обычно сюда приезжал отец с проверками, чтобы оценить ход ремонтных работ, или кто-то из его приближенных.
— Нам пришлось убрать некоторые статьи расходов для восстановления имения в первозданном виде, — заметила подошедшая Ева, пока я рассматривал результаты ведьмовских трудов. — Как видишь, все получилось.
Окинув взглядом ухоженный парк, который сейчас дремал под снежным покрывалом, я остановил взор на двухэтажном строении. Надо сказать, ведьмы и правда постарались. Дом Германа вернул себе прежний облик, а раскинутые клумбы, статуи и фонтан придавали ему царственный антураж.
— Там расположено общежитие, — продолжила Ева, кивнув на здание. — Комнаты почти готовы. Едва наберется первая группа на обучение, часть переселят сюда.
— Апчхи!
Мы резко повернулись и уставились на чихающего Костенко. Растирая покрасневшие и опухшие глаза, он то и дело задыхался, словно ему не хватало воздуха. Даже пуховик расстегнул, но ничего не помогало.
— Что за дрянь, блин!
— Аллергия на снег? — приподняла брови Ева.
— Не похоже, — пробормотал я рассеянно и покосился на развешанные вокруг пучки сухой крапивы, мертвых сорок и ароматные мешочки с травами. Последние, видимо, вызвали такую острую реакцию.
— Тетушка, охранные талисманы и прочий мусор развесили, а выдать маленькому недоведьмаку амулет забыли, — протянул Кристиан и закатил глаза, когда Костенко чихнул в десятый раз.
— Недоведьмаку?
— На сытом месте совсем растеряла хватку? Не чувствуешь силу?
Под моим внимательным взглядом Ева подошла к остолбеневшему черносотенцу. Сжав пальцами его челюсть, она силой запрокинула ему голову, несмотря на возмущение и активное сопротивление, и приказала: