Романовы летали преимущественно на личных бизнес-джетах — шустрых и компактных. Поэтому проблем в какой-нибудь крохотной стране Африки у них никогда не было. Такая штучка легко приземлится на любой аэродром.
Здесь же страшно подпасть под вихрь, который создавали мощные двигатели. К счастью, когда мы подошли ближе, самолет уже остановился. Когда трап пристыковали, дверь резко распахнулась и из нее первым вышел высокий мужчина в черном пальто, солнцезащитных очках и с улыбкой на миллион долларов, отчего в груди странно ёкнуло.
— Метель начинается, — задумчиво протянул Владимир.
— Это плохо? — шепотом поинтересовалась я, продолжив следить за Диланом.
Странный человек… Очень странный.
— Вот скоро и узнаем.
Позади нашего гостя выросли две женщины в черных брючных костюмах и расстегнутых куртках. Едва подул ветер, как они синхронно поморщились и передернули плечами, после чего стали спускаться по трапу следом за своим подопечным.
Или заложником… Непонятно.
Хотя я уловила в воздухе едва ощутимые колебания восторга и какого-то животного подобострастия. Словно ведьмы, а это, без сомнения, были они, сопровождали не просто чиновника первого ранга, а полубога.
Но потом все исчезло, как по мановению волшебной палочки, когда Дилан ступил на землю. Ни цветов, ни вкусов, ни запахов — все оттенки и грани человеческих эмоций стали мне недоступны во мгновение ока.
На секунду я растерялась, невольно коснулась браслета и даже потянулась к нитям хаоса, несмотря на острую боль в запястье. Не до конца восстановленный резерв, связанный амулетом, сопротивлялся. Однако мне удалось перебороть неприятные ощущения и коснуться полупрозрачных мотыльков, которые витали повсюду.
Нет, все в порядке. Магия хаоса жива и здорова, мой источник не высох за минуту и не погиб.
Тогда в чем дело? Из-за истощения? Или проблема в чем-то другом?
— Мистер Джефферсон, добро пожаловать в Российскую Империю, — Владимир протянул Дилану руку и незаметно толкнул меня локтем.
Проклятие! По протоколу я обязана первой поприветствовать иностранную делегацию!
— Как здесь… Аутентично. Именно таким я и представлял Санкт-Петербург: холодным, отстраненно прекрасным и немного...
Дилан щелкнул пальцами и оглянулся. Его глубокий, насыщенный голос, словно тончайший шелк, коснулся натянутых нервов. Острый взгляд мазнул по мне, а я уже полностью растворилась в нем.
Такое чувство, что я погрузилась в бассейн с желе. Тягучая текстура обступила меня со всех сторон и укутала в сладкий, уютный кокон. Захотелось протянуть руку, коснуться поверхности, поиграться с ней.
В какой-то момент я настолько увлеклась воображенной картинкой, что не сразу услышала Владимира:
— А это наш начальник Департамента государственного протокола — княгиня Репнина-Волконская Ольга Павловна.
— Приятно познакомиться, княгиня. Мне невероятно повезло, что одна из самых красивых женщин двора приехала сюда для встречи моей скромной персоны.
Все тот же резкий, но одурманивающий американский язык, парочка стандартных комплиментов. Но меня унесло. Напрочь. Буквально смыло волной бешеного восторга и всепоглощающей нежности, словно я… словно я…
Влюбилась в Дилана с первого взгляда.
Только это невозможно.
Я широко распахнула глаза и мысленно всколыхнула спящий источник, чтобы он заставил амулет на руке заработать. Резкая, как вонзившаяся в кожу спица, боль прострелила предплечье и заставила вздрогнуть не только меня, но и Дилана.
Его губы, коснувшиеся тыльной стороны моей ладони, слегка изогнулись, а пальцы дрогнули.
Наваждение спало. Моментально.
Перед глазами сначала запрыгали яркие огоньки, затем все улеглось, и я поймала тлеющие искры хаоса в голубых глазах Дилана. Их цвет изначально казался мне неестественным, теперь я понимала почему.
— И мне, — вежливо откликнулась с каменной улыбкой и убрала руку. — Надеюсь, что Россия оставить вам только хорошее впечатление о нашей стране.
— Без сомнений.
Темное пятно на кончике языка мелькнуло между ровных, белоснежных зубов. Его никто не заметил. Только я. н хотел, чтобы я увидела знак принадлежности, который не рассмотришь без желания хозяина.