— Впрочем, какая разница? Ты потерял все шансы, когда прикончил жену на глазах у всех.
Больше никто и ничто не препятствовало нашему продвижению.
Глава 8. Влад
Запах лекарств, надоедливый писк аппаратов, снующий туда-сюда персонал и раздраженные нянечки-чертовки с тележками.
Места хуже, чем наш ведомственный госпиталь, места не придумать. Не здесь я хотел провести последние три часа, слоняясь из кабинета в кабинет за многочисленными справками, анализами и посещая процедуры.
Каким образом моей трещине в кости помогала физиотерапия?
«Назначили — иди. Поноете потом, генерал-майор», — сказал главный лекарь, когда подписывал мое направление.
Теперь я стоял в ожидании очередного анализа, который мне сделали час назад. Попутно я пытался придумать, что такого купить на ужин. Не заставлять же Катю готовить, а напрягать бабу Яну не хотелось.
Сыпанет какие-нибудь детозачатные травки в тарелку борща, и добро пожаловать в храм.
— Сука, курить хочу.
Пару раз я встретился зудящим затылком с шершавой стеной. Ее унылый цвет детской неожиданности вгонял в депрессию, а от многочисленных плакатов с последствиями венерических и не только заболеваний хотелось повеситься. Прямо здесь. Посреди переполненного коридора, по которому изредка проносились то лекари, то медсестры, то недовольные жизнью и законами вселенной уборщицы-домовихи.
— Че встали тутачки? Ноги раздвигай, служака! — гаркнул одна такая на молодого офицера, который испуганно распахнул глаза. — Чего барабульки вылупил, как немая рыбеха? Быстро вон тудысь! Да не тудысь, а тудысь, — она махнула тряпкой едва ли не в конец очереди и забухтела под нос: — Встанут посреди дороги, нормальным нелюдям работать мешают…
Бедолага заметался, из-за чего едва не выронил градусник. Кто-то из парней вовремя остановил его и шикнул, чтобы спрятался за кадку со здоровенной пальмой. Иначе так бы и скакал с места на место, пока домовиха гоняла его сослуживцев.
— Комиссию, что ли, проходят?
Я покосился на пожилого мужчину. По выправке — какой-то вояка в отставке. Пришел, как и всегда, сдавать кровь и проверять легкие для поездки в санаторий. Если судить по листку с длинным списком назначенных врачей, который он задумчиво мял в руке.
— Рановато, — лениво брякнул я. — Весенний призыв нескоро, а наших и ведомства гоняют обычно к маю.
— Сборы, — крякнул стоящий рядом волколак, не поднимая взгляда от экрана смартфона. — Сейчас всех будут муштровать. Его императорское величество издал указ, чтобы все резервы прошли медкомиссию и съездили по разочку на учения.
М-м-м, ясно.
Я все пропустил, пока занимался государственными делами. Стоило бы почаще открывать новости и смотреть, что там творилось в стране. Хотя для этого мне не обязательно читать желтушные статейки, достаточно запросить дела за последние полгода. Там всякого интересного на неделю чтения нашлось бы.
Я вздохнул, прикрыл глаза и тут же вздрогнул, когда услышал громкий голос. Только звучал он не от кого-то из толпы, а из телефона, по которому говорил бредущий по коридору Василий Шумский.
— Таки шо я не знаю, чем тебя кормит твоя кладбищенская поганка?! Мамочка, зачем тебя такого красивого растила? Шобы эта вобла с лопатой тебя угробила гастритом, раком желудка и генно-модифицированными пельменями?!
— Мам, как у тебя одно вытекает из другого?
Я протянул руку, и Вася на автомате схватил ее. Замерев у кабинета, диакон проигнорировал насмешливые взоры стоящих неподалеку ребят. Ему не было дело до того, как он выглядит перед взрослыми мужиками, пока его по телефону отчитывала мать, Иуда Авраамовна.
Только тут я понял, что Вася не в привычной рясе духовного лица, а в обычной одежде. В джинсах, тонком свитере, а поверх него — белый халат. В руке он держал пакет с какими-то гостинцами и периодически им помахивал.
При этом игнорировал недовольное ворчание уборщицы.
Впрочем… Мог и не слышать.
Заговоренные беруши, которые снижали давление на перепонку, помогали ему не сойти с ума от шума вокруг. С даром звуковика, помноженным на хаос, жить в современном городе тяжело. Неудивительно, что они с Кристиной не любили приезжать в столицу из Урюпинска.