Точнее, мерзла я и мои коллеги по министерству. А вот наш заграничный гость мог легко пройти в здание и там отогреться, но почему-то этого не делал. Предпочел стоять рядом и топтать размокший снег.
— Тогда пройдите в посольство, — предложила я.
— И оставить вас здесь? Одну?
— А что со мной может случиться?
Притягательный взор замер на уровне моих глаз, когда Дилан склонил голову и коварно улыбнулся.
— Вдруг вас украдут, и я не получу обещанный танец? — я едва не фыркнула от такой неуместной попытки флирта. Особенно она раздражала тем, что прозвучала совсем рядом с Владимиром.
Он и так не сводил с меня любопытного взгляда, как мы вышли из машины, а теперь и вовсе приклеился ушами. Я не сомневалась, что завтра весь наш диалог будет пересказан императору или кому-то похуже.
Например, цесаревичу.
Сей факт волновал меня куда больше, чем первый. Не хватало мне скандалов с Алексеем и его чувством собственника. Мы же мало ссорились в последние дни. Надо бы еще подкинуть дров в яростный огонь.
— Мистер Джефферсон…
Я попыталась осадить хитрого Дилана, но получила в ответ только его возражение:
— Дилан, пожалуйста, — и белоснежную улыбку, от которой свело зубы.
— Хорошо, Дилан.
— Что вы хотели, Хельга?
— Бога ради, только без англинизации моего имени.
— Англи… Что?
— Меня зовут Ольга, — поправила замершего Дилана и повторила по слогам: — Оль-га. Не Хельга. Мне не нравится английский вариант моего имени.
— Почему? Хельга звучит гордо, прямо как имя настоящей скандинавской воительницы. Есть в нем что-то такое… — он пощелкал пальцами и покрутил головой в поисках удачной метафоры, но не нашел ничего лучше, как ткнуть в баннер с амурским тигром. Здоровенная дикая кошка красовалась на билборде с рекламой императорского зоопарка. — Вот. Тигриное. Есть в вас что-то от них. Эти полоски, благородная стать, острые когти под мягкими подушечками. Вы настоящая русская тигрица.
— Спасибо, что не медведица.
— Если вам нравятся больше мишки, могу сравнить и с ними.
Я негромко хмыкнула, затем с облегчением выдохнула. Дотошная американская охрана, убедившись в чистоте наших намерений и безопасности транспорта, наконец, кивнула и дала разрешение на въезд. Колона машин потянулась к зданию по гравийной дорожке, а ворота со свистом проснувшегося ветра начали закрываться.
— Пройдемте? — Дилан галантно пригласил меня в здание и покосился на молчаливого Владимира. — Господин министр?
— О, пренемного благодарен, — вежливо улыбнулся тот. — Я устал топтаться на крыльце и весь промёрз.
— Тогда вы тем более обрадуетесь коллекции хорошего портвейна и виски, которое имеется в нашем баре.
— Пресловутый «Джек»?
— И не только он.
В кармане задребезжал телефон, и я тут же сунула туда руку с легким чувством волнения. Вдруг это Алексей? Решил извиниться за свое хамское поведение в Петропавловской крепости или просто надумал сказать пару приятных словечек на будущее…
Но нет. На экране высветилось имя моей падчерицы Софьи.
— Прошу прощения, господа, — я показала на смартфон удивленным мужчинам. — Семейные дела. Я на минутку.
— Ждем вас внутри, Ольга.
— Отлично.
Как только я отошла на пару шагов, как тут же уперлась в живой щит. Ведьмы из Салемского ковена встали вплотную друг к другу и с нечитаемым выражением лица препятствовали моему проходу.
— Мне нужно поговорить с дочерью, — пояснила я и добавила чуть жестче: — Наедине.
— На территории американского посольства запрещены неотслеживаемые звонки. Пожалуйста, отдайте ваш телефон и воспользуйтесь теми, что есть у охраны, — отчеканила одна из девиц, симпатичная мулатка с длинными дредами до талии. В меховой шапке и тоненьком пуховичке она смотрелась очень забавно.
Я бы сделала ей комплимент, не раздражай меня ее упрямство.
— Нет.
— Простите, ваше сиятельство, но таковы правила, — вторила ей остроносая блондинка.