— Да. Любая система должна меняться постепенно. Шоковая терапия хороша лишь на короткий период, потом наступает неизбежный откат с последствиями. Поэтому я рад, что Алексей прогрессивен и вдумчив, но также он безжалостен и местами безрассуден. Союзников у него мало, как здесь, так и за границей.
— Хотите, чтобы я создавала дипломатические связи?
— Хочу, — Николай кивнул на бумаги. — Ранее я вас недооценивал, считал одной из пустышек, которыми увлекался мой сын в прошлом. После битвы я признал ваш ум и таланты. Сейчас вы просто шпионка, но как только покинете кабинет — станете высокоранговым чиновником. С должностью, властью и доступом к государственным секретам. И повлияете на происходящее лично.
— Большая честь, — я склонила голову.
— Тайна вашего рождения останется тайной. Ни к чему баламутить общество новостями, что наследница адмирала Колчака жива и здорова. Сейчас никто не примет мага хаоса в ряды политиков так открыто.
— Я знаю, — в голосе прозвучала давно забытая тоска. Я сглотнула, прежде чем продолжить: — Но скажите, ваше императорское величество, кто отдавал приказ об аресте и последующей казни моей семьи? Мне нужно это знать.
Затянувшееся молчание изредка нарушалось тихими щелчками часовых стрелок. Время шло, а Николай задумчиво смотрел перед собой, словно собирался с мыслями или подыскивал ответ, который максимально смягчит удар. Пока наконец не выдал:
— Я.
Читайте новости, смотрите классный визуал и многое другое в социальных сетях автора. Найти меня можно по ссылкам во вкладке "Обо мне"
Глава 2
Влад
Нервничать нормально.
Но не тогда, когда стоишь у порога и решаешься нажать на кнопку звонка. Топчешься у металлической двери, сминаешь замусоленный букет белоснежных хризантем вместе с крафтовым оформлением, прокручиваешь в голове приветственную речь и чувствуешь себя безбожно старым для такой красивой девушки, как Катя.
Мне тридцать пять, я на пороге кризиса среднего возраста, весь в шрамах, без нормальных перспектив на будущее. А ей чуть за двадцать. У нее вся жизнь впереди, цветущая и яркая, как она сама. Катя легко нашла бы достойного мужчину моложе, красивее и успешнее. Какого-нибудь графа или князя.
Мой счет в банке, конечно, не пустовал, и зарплата вполне достойная, но не для той, кто привык купаться в роскоши. Впервые в жизни я пожалел, что когда-то отказался от любой помощи императорской семьи.
Я же гордый, я же все сам.
Пискнул смартфон, и я с тихой руганью потянулся в задний карман. С наложенным гипсом и букетом получалось с трудом сложно, однако я справился. А когда открыл пришедшее сообщение, вновь хорошенько ругнулся. На сей раз громче и отчетливее.
Баро: На сопровождающий отряд с Егором совершено нападение. Шесть оперативников погибли, трое ранены, один маг в критическом состоянии. Некромант свалил. Еду туда, вечером отчитаюсь.
Шикарно начался день, ничего не скажешь. После бойни, которая произошла в Петропавловской крепости, хотелось лечь и выспаться на несколько недель вперед. Увы, никакой сон мне не светил.
Во-первых, меня ждали допросы с причастными и подозреваемыми, во-вторых, император потребовал моего присутствия на балу. Причем в качестве гостя, а не цепного пса или сопровождающего.
У меня, конечно, высший офицерский чин, но не настолько, чтобы выплясывать в украшенном зале перед толпой снобов. Лучше вернуться в корпус жандармов и заняться расследованиями. Времена нынче такие, нужно готовиться ко всему.
«Вы оба меня разочаровали. О чем вы только думали?» — прогудели в голове слова императора, сказанные после того, как мы с Алексеем предстали перед ним и графом Орловым.
Его мнение подкрепил взгляд, полный боли, и впервые за всю жизнь мне стало стыдно перед ним. Причем не как солдату, а как старшему сыну, который втянул в неприятности младшего брата. Очень странное чувство, незнакомое доселе, непонятное. Столько лет отношения с отцом оставались натянутыми из-за моего непризнания, а теперь вдруг такое. Парой резких фраз Николай выразил все эмоции, которые кипели в нем. И сказали они куда больше, чем миллионы бестолковых бумажек с подтверждением нашего родства.