– Я… Я ищу Демида, – судорожно выпаливаю я, пока не успела передумать.
Мой голос звучит предательски сипло.
Глаза девушки изумленно округляются. Это видно даже сквозь прорези маски. Она проводит кончиком языка по верхней губе, как бы оценивая меня и серьезность моих намерений, а потом чуть наклоняет голову набок и негромко роняет:
– Идем за мной.
Глава 6
Тася
Демид сидит на широком бархатном диване, закинув руки на его покрытую позолотой спинку, и чисто внешне напоминает избалованного жизнью короля. Такой же спокойный, безмятежный и непоколебимо уверенный в силе собственной власти.
Перед ним на столе стоят закуски, несколько граненых стаканов и бутылка дорогого алкоголя. Он смотрит на танцующих перед ним девушек с ленивой заинтересованностью пресытившегося хищника. Его веки полуприкрыты. В руках медленно тлеет кончик сигареты.
Танцовщица в узких серебристых стрингах прижимается спиной к шесту и, не отрывая от Южакова соблазнительно-томного взгляда, сползает вниз, садясь в шпагат. Демид подносит сигарету к губам. Неспешно втягивает никотин. Откидывает голову назад и выпускает сизую струю дыма вертикально вверх.
– Демид Викторович, – тихо сообщает моя провожатая в золотой маске.
Хотя, разумеется, и так знает, что я уже нашла его глазами.
Вынырнув из гипнотического транса, я прикладываю ладонь к груди, безотчетно пытаясь унять чересчур разошедшееся сердце. Сбивчиво благодарю девушку за содействие. Она одаривает меня очередной сдержанной улыбкой и уходит.
По привычке переминаюсь с ноги на ногу. Ток крови нарастающим гулом сотрясает черепную коробку. Щеки горят, словно в меня кипятком плеснули. Жарко, душно, страшно…
Но раз уж я здесь, пути назад не существует.
Коротко выдыхаю и трогаюсь с места. С каждым новым шагом мое внутреннее беспокойство приближается к пику, но я обрываю его простым и решительным:
– Здравствуй, Демид.
Звук собственного имени вынуждает парня повернуть голову. Взгляд зеленых глаз касается моего лица. Если он и удивлен, то совсем не подает виду. Хотя, скорее всего, он попросту разучился удивляться. Наверняка с людьми, которые получают от жизни абсолютно все, такое случается.
– А ты настойчивая, – выдержав небольшую паузу, усмехается Южаков.
Отворачивается и снова устремляет взгляд на пластичную стриптизершу.
Я же воспринимаю его реплику как приглашение и без лишней скромности присаживаюсь рядом с ним на диван.
– Тебе нравится стриптиз? – говорю первое, что приходит на ум.
И лишь через миг понимаю, что вопрос, вероятно, прозвучал глупо и по-детски.
Демид снова усмехается. Делает последнюю затяжку и, потушив окурок на дне хрустальной пепельницы, наконец переводит внимание на меня:
– Зачем ты пришла?
– Хотела полюбоваться на прекрасных дам, – беззастенчиво вру я, кивком головы указывая на танцовщиц. – Лично я просто обожаю стриптиз! Это же настоящее искусство!
Любую ложь важно произносить уверенно. И желательно при этом – не моргать.
– Да ну? – парень явно мне не поверил. – И что же тебя так привлекает?
– Да все! Они такие горячие, раскрепощенные и… м-м-м… сексуальные!
Я полна энтузиазма. Ведь тот факт, что между нами завязался какой-никакой диалог, уже можно считать успехом!
– Сексуальные, говоришь? – в его интонациях явственно сквозит ирония, но я предпочитаю ее проигнорировать.
– Ну разумеется! Разве ты так не считаешь?
– Если бы не считал, не проводил бы тут субботний вечер, – отвечает коротко, делая глоток из бокала. – А вот ты кажешься слишком… невинной для подобных увеселений.
– Внешность обманчива, – парирую я.
А затем вновь кошусь на извивающуюся на шесте танцовщицу и с искренним восхищением выдыхаю:
– Матерь божья! Какая же она гибкая!
Стриптизерша и правда поражает воображение. Извивается так, будто у нее нет костей! И все это – с неизменным эротизмом.
– Как думаешь? – продолжаю я, ощущая зарождающееся любопытство. – Этому специально где-то обучают?
– А что? Хочешь поучиться? – в голосе парня вновь звенит насмешка.
– Почему бы и нет? Я люблю танцы.
– Стриптиз – это не просто танец. Это манипуляция желаниями.
– Манипуляция желаниями?.. – приоткрываю рот.
– На стриптиз не смотрят, – багрово-красный свет рассеянными лучами падает на Демида, предавая его скульптурному лицу несколько демонический вид. – Его проживают. Ощущают каждой клеточкой тела, прокручивая в голове самые дикие и извращенные фантазии.