Подъехав к скромному крыльцу двухэтажного дома, чета Кавалли вышла из кареты. Теплый утренний ветер подул им в лицо. Анна оглядевшись, заметила тропинку, ведущую в маленький сад, и сразу направилась к ней. Ее взору предстал большой куст алых роз, росший в самом центре сада и огороженный вокруг мелкой галькой. У забора раскидала свои ветки вишня, плоды которой уже начинали немного краснеть. Узкие дорожки сада были еле заметны под густым ковром некошеной травы. У самого дома в тени стояла белая резная лавочка, на которую Анна и присела. Взгляд ее зеленых глаз медленно проходил по всему саду, останавливаясь на каждой примечательной детали.
– Анна, где ты, дорогая? – крикнула Агата, выходя из дома, который уже успела рассмотреть вдоль и поперек. Когда-то она уже бывала здесь, присматривая новый дом, теперь же она решила убедиться, что всё осталось с её отъезда нетронутым.
– Я здесь, мама.
– Что ты тут сидишь? Скамейка, поди, еще и грязная, – упрекнула она дочь, однако сама уселась рядом с ней.
– Ничего страшного.
– Не хочешь осмотреть дом?
– Что на него смотреть? Обычный дом: стены да потолок.
– Могла бы выбрать себе комнату, там их три. Можешь занять любую, какая придется по душе.
– Хорошо, спасибо.
– Чего ты такая грустная, что случилось? – забеспокоилась Агата, заметя, что дочь сидит, опустив голову.
– Да так. Просто новый город, новый дом. Не люблю перемены.
– Я тоже, но они неизбежны и являются частью нашей жизни. Иди, выбери себе комнату, а потом можешь пойти прогуляться. Осмотришь город. – Анна легко спрыгнула с лавочки и направилась в дом, перед этим крепко обняв мать.
У входных дверей ее чуть не сбили двое мужчин, заносившие диван в гостиную. Они быстро извинились перед молодой госпожой и продолжили свое занятие. Прямо перед входом была лестница на второй этаж. Поднимаясь по ней, Анна заметила, что в доме было очень светло. Обои были все в светлых тонах, а с потолка свешивались стеклянные люстры с висюльками. На втором этаже была маленькая площадка с четырьмя дверями. Первая, замеченная Анной, дверь скрывала за собой туалетную комнату. А остальные же отдавались под спальни. Две из них не произвели на девушку никакого впечатления, а вот последняя очень даже пришлась ей по душе. Всю комнату заполнял приятый запах, какой бывает в старых книжных лавках или в магазинах с антиквариатом. Обои были украшены узором в бежевые тюльпаны, а в некоторых местах оказались как будто выжженными. Большие квадратные окна, покрытые белой краской, выходили в сад. А с потолка свисала большая хрустальная люстра, до которой мог бы достать головой человек ростом под два метра. Сюда уже притащили кровать слуги, понадеявшиеся, что младшая госпожа Кавалли изберет именно эту комнату. Как хорошо они знают свою госпожу! Только вот поставили они кровать так, как Анне совершенно не понравилось. Она решила позже передвинуть ее в более удачное место, даже если прислуга откажется ей помочь. Найдя мать на кухне, раскладывающей всякую утварь, она сказала, какую комнату выбрала.
– Хорошо, я скажу слугам, чтобы все твои вещи перенесли туда.
– Спасибо. Только кровать хотелось бы передвинуть. Ее поставили не с той стороны комнаты, мне хотелось бы, чтобы она стояла у другой стены. Попроси Шона и Берта ее передвинуть, если им, конечно, не в тягость выполнять «капризы молодой госпожи».
– Болваны, вечно делают всё не спрося, лишь бы побыстрей отделаться! Я сейчас же скажу, чтобы ее передвинули, как тебе удобно.
– Что ж, я буду рада. Чего, наверное, не скажешь о них, – ответила Анна, по-доброму улыбаясь.
– Ничего, пусть работают, им за это жалование выплачивают, – говорила Агата, раскладывая посуду в стеклянный шкаф.
– Мам, я пойду, прогуляюсь по городу, – проговорила девушка, выходя из кухни.
– Хорошо. Если с кем успеешь познакомиться, приглашай к нам на новоселье.
– Так сразу? – удивилась девушка.
– А чего ждать-то? Новые знакомства сами себя не найдут. Я тоже потом пойду представляться всем соседями. Если вдруг во время прогулки встретишь приятного молодого человека, который живет где-то неподалеку, сразу зови к нам. Женихи тоже сами себя не найдут.