– Встретила, – помедлила девушка с ответом.
– И что пригласила к нам? – с нетерпением пододвинулась Агата ближе к дочери.
– Нет, не пригласила.
– Почему? Я же тебе говорила! – расстроено ответила она. – Кто хоть это был-то?
– Не важно. Он высокомерный и заносчивый грубиян, вот что стоит о нем знать, – Анна от раздражения всплеснула руками. Она только выкинула из своей головы этого человека, как Агата снова о нем напомнила.
– Он? Красивый? – любопытствовала мать.
– А тебе только красавцев и подавай!
– Тебе разве сложно ответить? – нервно прошипела Агата.
– Ну, не буду отрицать, что он довольно красив, – нехотя признала Анна.
– Хм, «довольно красив», – передразнила она дочь. – Высокий или нет, крепкого телосложения или худощав, цвет волос, какие глаза – вот, что обычно описывают девушки своим матерям на их расспросы. А от тебя и не дождешься ничего. Ну, да ладно. Я вот сейчас встретила нашего соседа. Вот он-то точно писаный красавец! Радуйся, пригласила я его к нам на новоселье. Он прийти обещался. Да еще и такой вежливый! И одет прямо с иголочки! Богатый, видно.
– Ты не исправима. Не думай мне его в женихи сразу предлагать, – девушка вздохнула.
– Ну, перестань, Анна, скажешь тоже. Я лишь пригласила его на новоселье, раз он сосед. А ты уже напридумывала: «жених», «жених». Ну ладно, пойду я, – встала Агата с кровати. – Тебе все твои вещи принесли?
– Да, все, какие были.
– Ну, хорошо.
Она вышла из комнаты, закрывая за собой дверь. Анна снова глубоко вздохнула и упала на кровать, расставляя руки в стороны и погружаясь в раздумья.
IV
Наконец, настал день новоселья. Из всех жителей новоиспеченного дома семьи Кавалли больше всех ждала этот день, разумеется, хозяйка. Прислуге и молодой госпоже Кавалли новоселье было не в радость. Первым из-за большего количества работы, а Анна просто не любила такие сборища лиц, приходивших только для того, чтобы поглазеть друг на друга. Агата все эти два дня ни на шаг не отходила от дочери. То она заставляла крутиться её перед зеркалом, чтобы выбрать платье наиболее подходящее к празднеству, то советовалась с ней насчет убранства стола, угощений и прочих пустяков. Анна терпимо относилась к капризам своей матери, и с улыбкой готовилась очередной раз на дню ей с чем-нибудь помогать. Для Агаты мнение дочери было важным, а для Анны было важным счастье ее матери. В одном она не смогла ей уступить. Анна не любила наряжаться, и поэтому как можно быстрее согласившись надеть платье, выбранное матерью, она решила в день новоселья надеть платье совершенно другое. Но Агата на этом не успокоилась, она не покинула комнату дочери, пока они вместе не определились с прической, парфюмом, туфлями и украшениями. Девушка, устав от таких забот, уже мечтала, чтобы это новоселье, не начавшись, закончилось. Кроме того, матушка все уши прожужжала ей о соседе, который обещался к ним прийти. Анна уже, казалось, его возненавидела. Одна головная боль с этим новосельем! Но кого она не мучила, так это Агату Кавалли. Она крутилась по дому как белка в колесе, успела надоесть прислуге с вопросами подготовки стола, а Анне с дегустацией приготовленного. И только когда девушка почти натерла на языке мозоль, Агата, наконец, ее отпустила. Но для прислуги это был еще не конец. Рабочих рук, из-за подвешенного материального состояния, было не много, поэтому им пришлось в двойне не сладко. Выбить все ковры, помыть окна, полы, убраться в саду, полить цветы, починить провалившуюся дощечку в полу, закупить продукты, разложить хозяйские вещи, протереть все полки, шкафы и ещё множество всяких домашних дел. Если хозяйке не понравится, то переделать всё и как можно быстрее! Все должно быть идеально! Семья Кавалли не должна ударить в грязь лицом перед жителями Тэнебриса!
По-прежнему над городом светило яркое солнце, что очень радовало Анну. Агата не дала ей толком даже выспаться в этот день, вломившись в её комнату с криками: «Собирайся! Все проспишь!» А то, что часы пробили только шесть с половиной утра, ее совсем не волновало.
–Мама! Ты довела всех уже с этим чертовым новосельем!– каким бы безграничным не было терпение Анны, с утра оно подошло к концу. – Скорей бы оно прошло, будь оно трижды проклято! Праздники устраивают для себя, а не для соседей.
– А ну не ругаться! Ты девушка, а девушке не полагается сквернословить. Положено так, устраивать торжества, пусть и скромные. Нам необходимо себя хорошо зарекомендовать. Понимаешь ты это или нет? Если нас с тобой никто не будет знать, кто ж тогда придет свататься?