– Ты думаешь, я тебя теперь брошу? Пойдем, на твой рынок. Мы теперь с тобой связаны, Ани, – Глен взял ее за руку и вместе они зашагали по тропинке. – Желательно, я думаю, поторопится, а то придем как раз к закрытию рыночных ворот.
Так они шли не прогулочным, а довольно быстрым шагом. Правда, Анна едва поспевала. Глен это замечал и сбавлял темп. По дороге они перекидывались разговорами, часто шутили. В основном Глен подшучивал над Анной, а та в отместку стучала ему ладонью то по спине, то по рукам. В итоге они успели. Народу уже на рынке было не так много, правда и многие прилавки уже пустовали.
– Поздно вы пришли, барышня. С утра все хорошие помидоры смели. Остались вот эти,– говорила торговка овощами. – Но не горюйте, есть у меня еще на такие случаи.
Она достала из-под прилавка ящик наполненный красными помидорами. Анна поблагодарила и начала набирать себе в корзинку самые ровные и спелые. Глен не хотел просто так стоять столбом и решил помочь. Анна же, как он заметил после третьего им положенного томата, вернула все, что он положил, обратно в ящик, когда торговка отвернулась.
– Они гнилые по бокам, ты, что не видишь? – шепнула она ему на ухо. – А не найдется ли у вас хорошей капусты?
– Конечно, барышня, найдется, – торговка прошла к ряду овощей посади себя и выбрала самый круглый и чистый кочан белой капусты.
Глен взял ее у женщины с рук и положил в корзинку Анне. Она стала еще тяжелей, поэтому он забрал ее у девушки.
– Тебе нужно что-нибудь еще?
– Огурцы, – прочитала девушка из списка матери.
– А вот их все разобрали. Через день-два только еще поспеют. Тогда и приходите, барышня.
– Хорошо, – ответила Анна. Она достала из кармана кошелек. – Сколько я вам должна?
Женщина назвала цену и девушка, развязав кошель начала отчитывать. Глен оказался проворнее, он одной рукой вытащил свой кошелек, и вытащил из него сумму, больше озвученной торговкой.
– Вот возьмите.
– Благодарю, господин, – улыбнулась женщина, принимая деньги. – Какой у вас, барышня, заботливый муж. Мало того, что сопровождает, так еще и корзину у вас взял, и заплатил. Жаль мой-то не такой.
Анна было хотела поправить женщину, но торговка, глядя на ее прижатые к груди руки, заметила свою ошибку и извинилась.
– Ой, что это я, колец-то у вас нет! Вы простите глупую женщину, ошиблася я.
– Ничего страшного. Мы пойдем, до свидания, – и девушка, не дожидаясь Глена, зашагала к выходу с рынка.
– Совсем дура что ли? – обратилась к торговке соседка по прилавку, когда они скрылись. – Кроме как здешних людей и не знаешь никого. Таких людей в лицо знать надо! Это же Глен Леви!
– Он-то самый что ли? Да ну! – удивилась женщина, всплескивая руками. – Вот сморозила тогда! Мужем его назвала! А девушку ты случаем не знаешь?
– Нет, не знаю. Может его служанка?
– Тогда чего он ее сопровождает?
– Да мне-то, откуда знать?
Две торговки еще долго чесали языками, пока Анна с Гленом шли в сторону дома Кавалли. Анна хотела попрощаться с Гленом перед домом, но в саду была Агата и, увидев их двоих, не дала Глену скрыться незамеченным.
– То-то я думаю, что это моя дочь обед пропустила? Не припомню, чтобы на рынке была очередь за огурцами, – начала Агата, уперев руки в бока. – Скажите мне, Глен, почему моя дочь, куда бы она не пошла, обязательно наткнется на вас? И это из-за вас она уже как несколько недель ходит, сама не своя?
– И вам доброго дня, Агата, – ответил Глен, протягивая ей корзинку Анны. Агата принимая ее, заглянула, чтобы проверить содержимое.
– А огурцов-то и нет. Где, душа моя, тебя носило? Утром же посылала на рынок, чтобы все успела купить, а ты до обеда не понять где пропадала, – продолжала отчитывать старшая Кавалли, цокая языком.
– Не ругайте дочь, Агата. Это моя вина. Анна шла на рынок и по дороге наткнулась на меня, и я ее и уговорил пойти со мной к моему другу Эмину. Он как-то занял у меня деньги и отказывался мне возвращать. Я подумал, что присутствие молодой девушки при решении этого вопроса заставит его устыдиться, от чего он сразу же мне вернет долг.