Бесшумный
— Боже, дорогая, ты слышала, о чём весь день говорят? — Молодая официантка придорожного кафе вопросительно поднимает взгляд своих небесно-голубых глаз, которые я успел разглядеть, пока она приносила мне мой кофе, и смотрит на свою старшую коллегу. Я невольно засматриваюсь на блондиночку и прислушиваюсь к кудахтанью второй официантки, которая и начала этот разговор. — Вчера ночью в соседнем городе, говорят, убийство было! — Дамочка старается говорить шепотом, но ее эмоции настолько яркие, что, даже будь они на кухне, я бы все равно слышал их «тихий лепет».
— Еще одно? — Раздается обеспокоенный голос голубоглазки, а я из-за всех сил сжимаю руки под столом, чтобы хоть как-то сдержать свое внутреннее желание сжать пальцы вокруг ее тонкой шеи.
— Да, говорят, что убийца перерезал мужчине горло, а потом вспорол живот и развесил его внутренности по дому, как гирлянду! — Что верно, то верно… Правда никто не говорит о тех пакетах с героином, которыми до отвала был напичкан его дом. Я видел, как этот отброс общества продавал наркоту школьникам. Они захаживали к нему домой вечерами, пока я выслеживал эту скотину, дабы понять, сколько потеряет его семья, если убить его.
— Какой кошмар! Теперь ходи, бойся. — Голос молодой официантки явно напуган, и мой разум снова захватывает картина ее расправы…
— Ох, не говори, дорогуша. И у полиции, как обычно, никаких зацепок. Это чудовище уже может быть в нашем городе!
…но воспоминание о последнем убийстве немного меня успокаивает, и я снова могу спокойно пить свой черный кофе.
Пока на фоне, словно пташки, щебечут сотрудницы придорожного кафе, я устало прикрываю глаза. Усилием воли вспоминаю кровавую картину минувшего вечера, чтобы успокоиться окончательно.
Он просил меня о помощи, говорил, что у него есть ребенок, что ребенку нужен отец. Но моя потребность убивать была намного выше, чем потребность его ребенка в таком отце. Вид его изуродованного тела не принес ни толики успокоения… Значит, эта гнида не только торговала наркотой. Значит, за его плечами есть грех куда хуже этого!
Ведь, если бы вся его преступная деятельность ограничилась одной продажей, я бы сейчас мог спокойно наслаждаться невинным видом этой неземной девушки. И мог бы делать это еще очень долго! Но прошло чуть меньше суток, а мои руки уже чешутся изувечить чье-либо тело. И сейчас я из-за всех сил стараюсь не смотреть на молодую официантку, чтобы не представлять, как ее яркие голубые глаза тускнеют, как ее тело будет содрогаться раз за разом, пока я буду сжимать ее глотку. А пока она будет медленно задыхаться, я…
— Как планируете оплачивать? — Раздается над ухом ее нежный мелодичный голос. Меня всего передергивает, потому что я нутром чую, что после ее убийства буду чувствовать себя удовлетворенным. Меня не будет преследовать эта ноющая жажда насилия. Смогу прожить спокойно несколько лет, а может и того дольше.
Пытаясь взять себя в руки, все же тянусь за кошельком в задний карман джинс. Достаю пару купюр и протягиваю девушке. На секунду чувствую мягкость ее кожи, она мило краснеет и, пролепетав что-то про сдачу, немного неуклюже ступает в сторону кассы. Я врезаюсь взглядом в ее ровную спину и представляю, как касаюсь ее кожи своей мозолистой рукой, провожу пальцами по выпирающим костям, а потом вырываю ее позвоночник! Ее кровь (наверняка ярко алая) начнет плескаться, она будет кричать, молить о пощаде, пока я буду вырезать ее печень!
Трясу головой, прикусываю щеку с внутренней стороны, чтобы отогнать столь непрошеные мысли, и пулей выбегаю из кафе, пока рот наполняет металлический привкус. Стараюсь не смотреть на официанток, чтобы вновь не упасть в этот омут.
Я дал себе слово не убивать ни в чем не повинных людей!
Морозный воздух быстро приводит в чувство, и к машине я возвращаюсь уже с чистым разумом. Сажусь на водительское сидение, дверь не закрываю, потому что нужно закурить. Просто жизненно необходимо!
Первая спичка гаснет, не успеваю даже поднести ее к сигарете. Получается только со второй попытки. Откидываюсь на спинку сидения и выпускаю дым в открытую дверь.
Замечаю старшую официантку, которая видимо тоже вышла подымить. Достает из фартука телефон и звонит кому-то. Мне не важно, чем занимаются люди, но до моего слуха непроизвольно долетают обрывки фраз: да сегодня… мужа нет дома… после работы приеду…
Любовник значит. Затягиваюсь сигаретным дымом и неотрывно наблюдаю за ней. Обычная взрослая женщина, с небольшим лишним весом, темненькая. Ничего примечательного, а яйца выкручивает двум мужикам. Хотя только одному, второй, по всей видимости, в курсе о наличии первого.