— Я не требую. — Он делает шаг ближе, и внезапно его тень накрывает меня целиком. Но я вскидываю подбородок в знак того, что мне плевать на всю его пугающую ауру. — Я констатирую факт.
— Факт? — Я фыркаю. — Вот факт: вы стоите и портите мне вечер своим высокомерным взглядом. Если вам так нужно ваше место, может, стоило прийти раньше?
— Вы не знаете, с кем разговариваете. — Его глаза сужаются.
— О, боже, — я закатываю глаза. — Давайте угадаю: вы очень важная шишка? Генеральный директор какой-нибудь суперсекретной компании? Или, может, у вас в кармане справка от президента, что этот стул — ваша священная территория?
Тишина. Кофейня вокруг нас будто замерла. Даже официантка с подносом остановилась, завороженно наблюдая за нашей перепалкой, иногда поглядывая на меня как на сумасшедшую, будто я кинулась на разъяренного быка и меня теперь ничто не спасет.
— Вы невыносимы, прямо как мой будильник. Раздражаете, но не выключить. — Его губы сжимаются в тонкую линию.
— Спасибо, это комплимент. — Я сладко улыбаюсь. — А вы предсказуемы, как робот. Пришли, надулись, решили, что мир должен расступиться. Но вот незадача – я не из тех, кто расступается.
Он наклоняется чуть ближе, и я чувствую, как его дыхание касается моего лба:
— Ошибаетесь.
— О? — Я поднимаю подбородок и приоткрываю рот. — Это угроза?
— Это прогноз. — Его взгляд ложится на мои губы и я перестаю дышать. Что происходит, Эшли, мать твою?
Мы смотрим друг на друга. Я вижу в его глазах что-то опасное. Не злость. Не раздражение. Интерес. И это пугает меня больше, чем крик. Внезапно он выпрямляется.
— Наслаждайтесь кофе, мисс Прайз.
— Обязательно. Особенно на вашем месте.
Он задерживает взгляд на мне еще на секунду. Потом разворачивается и уходит, но не к выходу. К барной стойке. Садится прямо напротив меня и продолжает смотреть.
Проходит ровно минута и меня окатывает ледяная волна осознания того, что он знает моё имя. И что, черт возьми, только что произошло?
Мои пальцы дрожат, когда я беру стакан с кофе. Лёд уже растаял, оставив после себя мутную, водянистую жидкость. Я делаю глоток — безвкусный, тёплый. Совсем как моя ярость, которая уже начинает остывать, оставляя после себя странное, колючее недоумение.
Почему я так отреагировала? Я никогда не позволяла себе срываться на незнакомцев. Даже на самых наглых. Даже на тех, кто этого заслуживал. Я всегда сглаживала углы, улыбалась, уходила от конфликтов. Контроль. Всегда контроль. Но этот ледяной король в пальто каким-то образом за секунду вывел меня из себя.
Я украдкой бросаю взгляд в его сторону. Он сидит у барной стойки, спина прямая, как будто у него вместо позвоночника стальной стержень. Одна рука лежит на столешнице – широкие ладони, длинные пальцы, никаких колец. Другая – держит стакан с чем-то тёмным. Виски? Кофе? Кровь врагов?
Он не смотрит на меня. Но я чувствую, что он осознаёт каждый мой взгляд.
Кто он такой? Откуда он знает меня? И, что ещё важнее… Почему меня так раздражает его спокойствие? Я вспоминаю его фразу: «Вы не знаете, с кем разговариваете». Обычный человек так не говорит. Это фраза того, кто привык, что его слушаются. Я нервно перебираю край кофты. Может, он действительно кто-то важный? Но даже если так – это не даёт ему права вести себя, как будто мир крутится вокруг него. Я вдруг осознаю, что стиснула зубы.
Когда я в последний раз так злилась? Наверное, когда в школе миссис Кларк назвала мои рисунки «милыми, но бесполезными». Тогда я тоже почувствовала этот горячий гнев, поднимающийся из груди. Но тогда я замолчала. А сегодня я ответила. Что со мной? Я не такая. Я не кричу на людей в кафе. Я не ввязываюсь в словесные перепалки с незнакомцами. Но он что-то задел во мне.
Я снова смотрю на него. И в этот момент он поворачивает голову. Наши взгляды сталкиваются и по мне бегут мурашки, а сердце разгоняется до нездорового ритма.
Его глаза, цвета виски с еле различимыми желтыми полосками вокруг зрачка, холодные, оценивающие. Я жду, что он усмехнётся. Сделает хоть что-то, что даст мне повод ненавидеть его ещё больше. Но он просто смотрит. Как будто я задача, которую он решает. И вдруг он поднимает стакан в мою сторону. То ли тост, то ли вызов. Я застываю. А потом, прежде чем я успеваю подумать, моя рука сама тянется к моему стакану и я отвечаю на его жест. Теперь мы оба это сделали. Теперь это что-то значит. И я совершенно не понимаю, что именно.