«Тишина перед бурей», – как говорила мама. Она всегда знала, когда я что-то не доделала. Заходила в комнату ровно в полночь, ставила чашку с кофе на стол и молча смотрела на черновики.
«Эшли Мелони Прайз, — голос ледяной, будто из-под двери морозильника. — Ты действительно считаешь, что это достойно тебя?»
Я сжимаю карандаш так, что его дерево впивается в кожу. Эти стены, будто её глаза. Видят каждый мой промах. Даже здесь, за сотни миль от дома, я чувствую её дыхание на затылке, когда склоняюсь над эскизами.
«Перфекционизм – это не болезнь, а ответственность», — её любимая фраза.
Ответственность перед кем? Перед клиентами? Перед собой? Или перед её вечным «а что скажут люди?»
На столе стоит фотография из детства: мне восемь, я рисую домик на песке. Мама стоит за кадром, но её тень накрывает мой рисунок, как туча. «Крыша кривая. Переделай». Песок осыпался, когда я пыталась исправить. В итоге слезы и её разочарованное: «Ну вот, испортила».
Я резко переворачиваю фото лицом вниз. Кофе холодный и горький, как будто я снова пью тот самый, из её «мотивирующих» ночных визитов.
«Кофеин поможет сосредоточиться. Раз уж таланта не хватает».
Но сейчас... Сейчас я не хочу «достаточно». Я хочу, чтобы этот проект задышал. Чтобы миссис Вильямс взглянула на эскиз и сказала...
Что?
«Ты молодец»?
Ха. Я даже не знаю, как звучит эта фраза в её устах. В моих воспоминаниях только голос мамы, произносящий «переделай», «недостаточно», «попробуй ещё»...
Билли сказала: «Бардак –это нормально». Как это – нормально? Бардак - это когда мама находит незаправленную кровать. Или пятно на школьной форме.
Я вдруг замечаю, что рисую на полях блокнота тот самый домик из песка.
Кривой, с косыми окошками. Таким, каким он был до ее правок. Рука сама тянется стереть, но останавливается. «А если оставить?»
Где-то в груди появляется острый комок. Страх или злость? Или надежда, что где-то есть версия меня, которая не боится показать этот кривой эскиз, неидеальный, живой. И услышать в ответ: «Интересно, расскажи об этом подробнее».
Но часы тикают. 7:13. Осталось 8 часов 47 минут. Я беру чистый лист и начинаю снова. На этот раз без линейки.
***
Проспав ровно тридцать минут, я встала и тут же начала разбирать свой гардероб. Вечная проблема «мне нечего надеть» сегодня необычайно громко кричала у меня в голове. До выхода осталось полчаса и я уже успела сменить дюжину образов. Подкрасив немного ресницы, я намазала губы блеском и принялась закалывать передние пряди на затылке заколкой с множеством жемчужин. Эту заколку однажды подарила мне тётушка. По её словам, украшение будет приносить успех и удачу там, куда я буду надевать ее.
Выбрав простую юбку-трапецию выше колена и белую шелковую блузку, с рукавами три четверти, я просунула ноги в черные лакированные туфли-лодочки и вышла из дома. Туфли – это, конечно, не моя стихия, но иногда надевать их приходится.
Бостонский ветер трепал мои волосы, каблуки больно впивались в плитку и голос матери начинал звучать в голове все громче, по мере моего приближения к офису. Четкий, как удар метронома.
«Ты забыла проверить замеры, Эшли. Опять.»
Я невольно сжала телефон так, что экран затрещал.
«Настоящие дизайнеры не делают таких ошибок.»
На перекрестке меня догнала группа деловых женщин в безупречных костюмах. Одна из них рассмеялась звонко, беззаботно.
«Смех – для пустых людей, милая. Ты хочешь быть пустой?»
Я резко ускорила шаг.
В витрине кафе мелькнуло моё отражение:
Слишком яркая помада. Выглядит дешево.
Чуть помятая юбка. Неряха.
Не та прическа. Настоящие леди носят классические пучки.
Я машинально потянулась к волосам, но тут же опустила руку. Нет. Сегодня я – это я.
Но когда стеклянные двери офиса распахнулись передо мной, последней мыслью перед входом было:
Прости, мама. Я всё еще не идеальна.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов