Наконец, япошки убедились, что никто не сбежал. Командовавший перекличкой сержант махнул рукой. Стоявшие в первых двух рядах увидели этот жест и начали расходиться, за ними потянулись и остальные.
Петерсону и МакКинли хватило ума поставить свою палатку на возвышенности. Так грязь не попадёт внутрь. К тому же, дождь скоро должен прекратиться. Он то начинался, то прекращался, то опять начинался… но у них была палатка.
— Дом, милый дом, — произнёс Петерсон, не скрывая иронии.
— Точно, — ответил През МакКинли. Они выжали, насколько могли, одежду и завернулись в одеяла. Петерсон почти сразу же провалился в сон.
Обучение навыкам обращения с парусом «Осима-мару» отвлекало Кензо Такахаси. И он и его брат Хироси с удивлением отметили, что отец оказался отличным учителем. Обычно ему не хватало терпения, чтобы как следует чему-то их научить. Но не сейчас. Отец учил их постепенно и не требовал от сыновей того, чего они не знали и не умели.
— Чувствует себя виноватым, — сказал по-английски Кензо, когда они возвращались после длительной рыбалки.
— Отчасти, — так же по-английски ответил Хироси. — Но в основном, всё из-за того, что он учится вместе с нами. Но он никогда этого не покажет. Не хочет, чтобы мы видели, что он здесь наравне с нами.
Кензо быстро понял, к чему клонил брат.
— Наверное, ты прав.
— Вы что там опять разбрехались? — встрял в разговор отец. — Опять меня обсуждаете?
Он всё понимал. Хиро не был настолько глуп, каким считал его Кензо. Может, он и не такой образованный, но дело совсем не в образовании.
— Нет, не тебя. Мы обсуждали сампан и паруса, — ответил Кензо. Частично он говорил правду.
Хиро Такахаси что-то раздражённо проворчал. Это ворчание говорило о том, что он не поверил ни единому его слову.
— Эти вещи можно обсуждать и по-японски.
— Нам больше нравится английский, — ответил на это Хироси и эти слова были уже стопроцентной правдой.
Его слова вызвали очередное бессвязное ворчание от Такахаси-старшего.
— Глупости, — сказал он. — И тогда и сейчас особенно. Всем нужно знать японский.
На какое-то время ему удалось сделать так, чтобы сыновья не говорили по-английски. Кензо вообще расхотел разговаривать, без разницы на каком языке. Японцы сделают английский вторым языком Гавайев? Возможно, если они победят в войне и сохранят острова. Судя по новостям, всё шло именно к этому. Острова Уэйк и Мидуэй захвачены. Филиппины захвачены. Падение Сингапура завершило разгром британцев в Малайе. Японцы продолжали откусывать от Голландской Ост-Индии один кусок за другим. Ни голландцы, ни австралийцы, ни американцы остановить их не могли.
— Может, это наша судьба такая? — сказал по-английски Хироси, стараясь разорвать повисшую тишину. — Мы всю жизнь положили, чтобы стать американцами, но как только что-то начало получаться, нас отбросило обратно.
— Смешно, — сказал Кензо. — Хорошая шутка.
— Думаешь, я шучу?
— Нет, — ответил Кензо и замолчал. Неужели всю оставшуюся жизнь он проведет, пытаясь стать обратно японцем? Бейсбольная команда «Нью-Йорк Янкиз» была для него важнее Императора. На материке скоро начнётся новый сезон. Ближайшей к ним командой были «Чикаго Кабс», проводившие отпуск на острове Каталина, неподалёку от Лос-Анджелеса.
Вместе с братом он завёл «Осима-мару» в воды залива Кевало. Отец молча наблюдал за их действиями. Значит, они всё делали правильно. Если бы они что-то делали бы не так, он бы обязательно сказал.
Как и всегда, японские солдаты забрали улов. Его взвесили и выплатили Хиро причитающееся. И снова никто не обратил внимание на то, что несколько рыбин он оставил для себя и для Эйдзо Дои.
— Для себя? — спросил сержант у Кензо.
— Hai, для себя, — ответил тот. Солдаты остались довольны этой формулировкой. Кензо заметил, что японская речь в данной ситуации оказалась крайне полезна. Но он скорее разбил бы сампан о причал, чем признался в этом отцу.
День клонился к закату, но было ещё не слишком поздно. Они привезли столько рыбы, сколько «Осима-мару» мог вместить. Повсюду суетились люди, пытаясь как-то обустроить свой новый быт. Некоторые бросали на семью Такахаси завистливые взгляды. Если бы они не были такими высокими, могли бы возникнуть неприятности.