Вероятность преследования снижалась с каждой минутой. Радиус действия истребителей ограничен. Если они хотели потом вернуться на базу, далеко отлетать от берега они не могли. С другой стороны, гидросамолёты…
Мато откинулся в кресле.
— Второй пилот, не желаете взять управление на себя, пока я немного вздремну?
— Разумеется, с удовольствием. — Футида не без восхищения отметил, как Мато изящно отдал приказ вышестоящему офицеру.
— Хорошо. Domo arigato, — сказал лейтенант. — Разбудите, если возникнут проблемы, или, когда радист получит сигнал с I-25.
— Сделаю, — искренне пообещал Футида. И в самом деле, сажать Н8К на воду самостоятельно Футида хотел меньше всего. Мато закрыл глаза и через несколько минут начал тихо посапывать. И снова Футида с восхищением отметил его спокойствие.
Коммандер внимательно следил за компасом, спидометром и альтиметром. Он вел самолёт тем курсом, который задал Мато. С каждой минутой они оказывались на 5,5 километров дальше от Сан-Франциско и на 5,5 километров ближе к Гонолулу. Жаль, что лететь ещё очень долго.
Футида был рад тому, что полёт до материка прошёл без проблем. Днём всё могло оказаться значительно сложнее, чем ночью. Футида рассмеялся. Если бы японские самолёты появились в небе Сан-Франциско в разгар дня, им был бы оказан более тёплый приём.
В любом случае, путь до Сан-Франциско и обратно занимал около двадцати часов. Без остановок — что маловероятно — большая его часть должна пройти ночью.
Примерно через три с половиной часа, лейтенант Мато зевнул, потянулся и открыл глаза. Он посмотрел на Футиду и спросил:
— Ну, как дела?
— Нормально, — ответил коммандер. — Мы же идем из Сан-Франциско к Панамскому каналу, так ведь?
— К Панамскому каналу? — Мато взглянул на компас. Убедившись в верности выбранного курса, он рассмеялся. — О, вы знаете, как быстро разбудить, господин коммандер.
— Стараюсь, — ответил Футида. Лейтенант Мато тихо хмыкнул и помотал головой. Несмотря на то, что Футида пошутил, он продолжал смотреть на юго-восток, в сторону Панамского канала. Если бы Япония смогла вывести его из строя, это стало бы оглушительным ударом по Америке. После этого американцам придётся вести свои корабли вокруг Южной Америки…
Он с сожалением помотал головой. Панамский канал находился в два раза дальше от Гонолулу, чем Сан-Франциско. Даже для Н8К это слишком далеко. К тому же канал был хорошо защищен и, случись что, американцы горы свернут, чтобы его починить. О нападении на него можно было только мечтать. Примерно, как мечтать о сексе с красивой киноактрисой. В реальности, осуществить подобное было нереально.
Небо постепенно светлело. Они летели в противоположную от рассвета сторону, но тот их всё равно догонял. Но даже при свете солнца, кроме неба и бескрайнего океана, смотреть было особо не на что. Футида проверил датчик топлива. Перед взлётом они заправились под завязку, но до Гонолулу этого всё равно бы не хватило.
Через полчаса в наушниках обоих пилотов раздался голос радиста:
— Есть сигнал с I-25!
— Отлично! — воскликнул Мато и облегчённо выдохнул. Всё это время он тоже пристально следил за опускающейся стрелкой топливного датчика. — Направление?
— Пять градусов южнее, господин, — ответил радист. — Надо будет смотреть в оба. Судя по мощности сигнала, они должны быть недалеко.
— Передайте эти данные остальным экипажам по низкочастотной связи. Вряд ли кто-то сможет нас запеленговать, но даже если так, сделать они всё равно ничего не смогут.
— Есть, — ответил радист.
Первым всплывшую подлодку заметил пилот другого самолёта. Их радист тут же сообщил об этом Мате с Футидой и третьему экипажу. Коммандер с лейтенантом дружно прильнули к стеклу кабины. Мато направил самолёт на снижение. Из-под корпуса взлётел фонтан воды и Н8К сел. Внезапно, его движение приняло иной характер. В небе он двигался просто отлично, но на воде… Футида сглотнул. «Я хороший моряк», — предупредил он себя.
Мато подвёл самолёт к I-25. Матросы на палубе подводной лодки замахали им руками.
— Ну, как прошло? — выкрикнул кто-то. Мато и Футида замахали в ответ и улыбнулись. Матросы захлопали в ладоши. Послышались выкрики: — Banzai!
Затем они занялись делом. Подлодка I-25 была заправлена топливом, на котором они полетят до самого Гонолулу. Два матроса вытащили топливный шланг и подсоединили его к Н8К. Футида прислушался к звуку льющегося горючего. Заправив самолёт, матросы отсоединили шланг.