— Ваши самолёты отлично послужат, если американцы рискнут высадиться на Оаху, — добавил Футида. — Но основные бои, всё же, пройдут за пределами дальности армейских самолётов и истребителей. Наша цель — как можно дольше защищать Гавайи.
— Но ваши бомбардировщики G4М воюют. — Хорикаве с трудом удавалось скрыть негодование. — Они взлетают с земли, хотя считаются палубными самолётами.
— Их конструкция позволяет совершать дальние полёты, — сказал Футида. — К тому же, где и когда они вступят в бой, пока окончательно не решено. — Модель G4М могла летать очень далеко, благодаря гигантским запасам топлива на борту. Для этого пришлось пожертвовать защитой экипажа, самоуплотняющимися топливными баками и броней каркаса… авианалеты на Австралию, Бирму и Индию показали их крайне высокую возгораемость. Об этом Футида говорить не хотел. Флот не развешивал своё грязное белье перед армией, а те, в свою очередь, не развешивали своё.
— Нужно выяснить, где американские авианосцы, — обратился Гэнда к лейтенанту Мато. Для последнего это было самое важное и значимое указание. Любой здравомыслящий моряк понимал, что важнее авианосцев ничего не было. «Ямато» и «Мусаси» были самыми большими линкорами на свете. Но, какой в них толк, если, взлетевшие с палубы авианосца бомбардировщики и истребители могли с легкостью их потопить?
Футида был убеждён, что флот должен делать упор на строительстве авианосцев, а не супердредноутов. Впрочем, более распространённым считалось обратное мнение. Кроме как сожалеть, ничего поделать он не мог.
— Сделаем всё, чтобы их обнаружить, господин, — пообещал лейтенант Мато.
— Хорошо, — сказал Футида. — Здесь на нашей стороне был фактор внезапности. Им этого сделать мы позволить не можем.
— Не позволим, — сказал Гэнда. — Если они захотят отбить острова обратно, им придётся прорываться сквозь всё, что у нас есть.
Джо Кросетти сбросил газ и гул двигателя «Стирмана» стал ниже. Впереди и внизу простиралась взлётно-посадочная полоса. Он проверил скорость и угол наклона. Джо чуть-чуть подтянул штурвал на себя и нос немного приподнялся. Скорость была нормальной, но он ещё раз проверил, опущены ли закрылки. Опущены. И были опущены, когда он проверял их предыдущие три раза.
Вот и полоса. На раздумья времени не осталось. Нужно просто сделать всё, как надо. «Девяносто процентов ошибаются на последних двадцати метрах…». Эту мысль лётный инструктор вбил в него намертво.
Вниз! «Стирман» качнулся. Джо клацнул зубами. Получилось далеко не идеально, но он всё-таки сел. Самолёт качнуло только однажды. Он принялся рулить бипланом, чтобы остановиться. Джо выпустил протяжный выдох и заглушил двигатель, затем отстегнул парашют и снял ремни безопасности.
Неподалёку стоял лейтенант Ральф Гудвин.
— Неплохо, мистер Кросетти, — произнёс он. — Очень ровно практически до самого последнего момента.
— Благодарю, сэр. Сожалею.
— Видал я сольные полёты и похуже. Как ощущения?
На Джо нахлынуло осмысление произошедшего.
— Волнуюсь, сэр! — Он был не первым в учебной эскадрилье, кто начал летать самостоятельно, но и далеко не последним.
— Ладненько, — произнёс инструктор. — Давайте-ка, отойдём в сторонку.
Джо отошёл от «Жёлтого психа», но перед этим похлопал самолёт по крылу.
— Когда я снова полечу?
— О, довольно скоро, — ответил Гудвин. — Вас переведут в другую эскадрилью. Возможно, даже, переведут на другую базу. Здесь нужно освобождать места.
Как и Чапел Хилл, Пенсакола практически стала для Джо родным домом.
— Надеюсь, не переведут, — сказал он.
— В этом нет ничего страшного, — заверил его Гудвин. — Летать придётся в разных местах, не только в знакомых. И с каждым разом вы будете расти. С этой штукой вы, вроде, справились. Посмотрим, как будете управляться с «Техасцем».
— Ага, — менее воодушевлённо, чем должен был, отозвался Джо. Ему совершенно не хотелось садиться в очередной учебный самолёт, пусть и более продвинутый. Он хотел летать на «Уайлдкэте» и сбивать япошек.
Видимо, мысли Джо отразились на его лице. Гудвин рассмеялся и хлопнул его по спине.
— Не надо воротить нос от «Техасца». Австралийцы используют его для наземных штурмовок и как лёгкие бомбардировщики. У них он называется «Уиррауэй». Поговаривают, что они создали модель с улучшенной аэродинамикой и более мощным движком.
Джо эта новость показалась мерой отчаяния. Австралийцы нынче находились в тяжёлом положении. С потерей Гавайев американцам приходилось идти на разные ухищрения, чтобы доставить туда припасы. Японская авиация контролировала небо над всей северной частью материка. Все ждали вторжения, но оно так и не начиналось.