У них три авианосца. У японцев тоже три, два из них — новейшие и быстрейшие во всём флоте. О навыках американских летчиков судить трудно. Японцы громили всё от Гавайев до Цейлона. У американцев в качестве истребителей были «Уайлдкэты». Японцы летали на «Зеро». Синдо зевнул и улыбнулся одновременно. «Уайлдкэт» мог лучше «Зеро» держать удар. Мог, и держал. Лейтенант снова задремал.
Очнулся он от того, что его трясли за плечо. К нему тут же вернулась собранность.
— Уже пора? — спросил он.
— Не совсем, господин. — Стоявший перед ним человек оказался работником кают-компании. — Мы устраиваем специальный обед перед битвой. — Он держал перед собой полную чашку онигири — рисовых шариков, завернутых в бамбуковые листья со сливой посередине.
— Arigato. — Синдо принял чашку из его рук. То же самое блюдо подавали перед вылетом на Перл Харбор. Ещё один работник принёс поднос, заставленный чашками с зелёным чаем. Синдо залил рис этим чаем.
Лифты «Акаги» поднимали с ангарной палубы на лётную истребители, готовя их к бою. Внизу механики выстраивали в очередь бомбардировщики и пикировщики. Лифт опускался, поднимался и на палубе оказывался очередной самолёт. Там его заправляли и проверяли, чтобы все механизмы, орудия и системы управления работали как надо. Оружейники снаряжали самолёты бомбами, торпедами, патронами и снарядами. Когда настанет время…
Но, пока оно не настало, Синдо собрал вокруг себя пилотов своей эскадрильи.
— Когда американцы напали на Гавайи, некоторые из вас застряли там вместе со мной, — сказал он. — Они нас побили, унизили, из-за них мы потеряли лицо. У нас появилась возможность отомстить. Позволим ли мы пройти им сквозь наши ряды?
— Нет! — хором воскликнули пилоты. Немногие тогда находились на острове, но возмущены были все. Разумеется, они скажут «нет».
— Хорошо. Очень хорошо. Их нужно наказать. И накажем их мы. Когда мы с ними разберемся, они раздумают соваться на Гавайи ещё лет сто. Восславим Императора и пойдём служить ему!
— Banzai! — выкрикнули пилоты. Все разбежались по лётной палубе.
Синдо забрался в «Зеро». Утреннее солнце окрасило небо на востоке в серый цвет. Где-то там ждал враг. Проверяя системы самолёта, Синдо уже знал, где именно. Он получал сигналы от бомбардировщиков, чьи радиостанции лучше подходили для разведки.
С палубы начали взлетать самолёты. Лейтенант завёл двигатель. Тот ожил и мягко зарычал. Сигнальщик поднял зелёный фонарь. «Зеро» Синдо разогнался, нырнул с палубы вниз, а затем взмыл в небо.
XV
Сидя в кабине «Накадзимы» B5N1, Мицуо Футида слушал доклады экипажей гидросамолётов и самолётов разведки, которые флот послал на поиски американских авианосцев и кораблей сопровождения. Он понимал, что долго ждать не придётся. Японцы знали, где искать противника.
Футида оказался прав. Летел он не слишком долго, когда пилот гидросамолёта обнаружил противника.
— Дистанция, примерно 150 километров, — доложил пилот. — Азимут 045. — Он помолчал, затем выкрикнул: — Они запускают самолёты! Повторяю: в небе противник!
«Мы их опередили, — подумал Футида. — Хорошо». Игнорируя нараставшую в животе боль, он произнёс:
— Равнение на меня.
— Есть, коммандер-сан, — сказал первый петти-офицер Токунобу Мидзуки. Приказы он исполнял с присущим ему холодным спокойствием.
Футида беспокоился, что американцы перехватят радиопереговоры и узнают о местоположении японского флота. Он пожал плечами. С такой электроникой на борту, они прекрасно увидят, откуда прилетели японцы и сделают соответствующие выводы. «Может, надо было заложить вираж», — мелькнула в голове старого бейсбольного болельщика Футиды мысль. Впрочем, думать об этом уже поздно.
— На связи Синдо, господин, — раздался в наушниках спокойный голос.
— Слушаю, — отозвался Футида.
— Вопрос, господин. Если мы заметим вражеские самолёты, которые летят к нашему флоту, нам их перехватывать или продолжать следовать за вами?
— Следовать за мной, — не раздумывая, ответил Футида. — Будете отгонять от нас «Уайлдкэты», другими американцами займутся «Зеро» с кораблей.
— Ясно, господин. Так и сделаем. Конец связи. — Лейтенант Синдо отключился. Футида улыбнулся. Никаких сомнений, Синдо передаст приказ своей эскадрилье. И передаст его совершенно спокойным голосом. Судя по его механическому спокойствию, складывалось впечатление, что Синдо сам сошёл со стапелей завода «Митцубиси».