— Господин, атакован второй американский авианосец, — доложил связист. — Враг упорно сопротивляется.
— Нужно провести совместную атаку пикировщиков и торпедоносцев, — сказал Гэнда. — Тогда противник не сможет вылавливать их по отдельности.
— Передавайте, — приказал Ямамото связисту. — От имени коммандера Гэнды.
— Господин? — Связист удивлённо уставился на адмирала.
— Не вижу в этом необходимости, господин адмирал, — возразил Гэнда. — Коммандер Футида имеет те же самые указания. Он прекрасно знает, как проводить подобные атаки.
— Передавайте, — повторил Ямамото. — И так ясно, что американцы уже в курсе местоположения «Акаги». А Футиде и всем, кому предназначен этот приказ, будет приятно слышать, что Гэнда-сан снова в строю.
— Domo arigato! — сказал на это Гэнда, сопроводив свои слова продолжительным кашлем.
— Торпеда по левому борту! — Капитан Каку повалил авианосец на левый борт едва ли не раньше, чем прозвучал сигнал тревоги. Гэнда так и не понял, уводил ли капитан корабль от удара, или наоборот, подставлялся под него. Его специальностью была авиация и планирование наступления. Знания коммандера об управлении кораблями не выходили за пределы обычного курса военно-морского училища.
Умения капитана Томео Каку оказались отнюдь не обычными. Ни секунды не мешкая, он завалил «Акаги» на борт, оставляя торпеде минимально возможную площадь поражения. Теперь и Гэнда заметил неумолимо приближающийся снаряд. След его был виден чётко — торпеда прошла мимо буквально в считанных метрах.
— Неплохо, капитан. — Судя по тону, Ямамото высказывался о приготовленном на ужин супе.
Сразу два американских торпедоносца уткнулись в воду, не успев выпустить свои торпеды. Янки продолжали летать на чудовищно неуклюжих «Дуглас Девастейторах». Их пилоты были храбрыми людьми. Иначе и быть не могло, ведь они летали на настоящих стальных гробах. «Девастейтор» был намного медленнее и не таким маневренным, как «Накадзима» B5N2. Как и все прочие американские самолёты, он был очень крепким, но не настолько, чтобы зенитки и «Зеро» не могли с ним справиться. Упал ещё один торпедоносец, за ним ещё один.
— Надеюсь, на них бросились не все истребители, — заметил Гэнда. — Нужно, чтобы кто-нибудь прикрывал нас от пикировщиков.
— Это тоже передайте, — приказал Ямамото. Он посмотрел на Гэнду и улыбнулся. — Видите? Вы отлично справляетесь. Спасибо, что пришли.
— Вам спасибо, господин, — ответил ему Гэнда. — Уверен, если бы меня тут не было, до этого додумался бы кто-нибудь другой.
Адмирал Ямамото помотал головой.
— Я бы не додумался. В пылу сражения приходится думать о слишком многом. Люди увлекаются преследованием противника и ошибаются. Они слишком глубоко погружаются в текущий момент и совсем перестают думать о том, что может произойти через несколько минут.
— Торпеда! — снова раздался крик. Несмотря на все попытки японцев, очередной «Девастейтор» умудрился выпустить свой снаряд.
— Я разберусь, — сказал капитан Каку и рассмеялся. Это был смех висельника. Словно в подтверждение этому, капитан добавил: — А если не разберусь, привяжите меня к штурвалу и я уйду на дно вместе с кораблем.
— Не самая хорошая традиция, — заметил Ямамото. — Империя теряет самых смелых, самых боеспособных людей, которые могли бы пригодиться ей в будущем.
Каку лишь пожал плечами.
— Может, вы и правы, господин, но для офицера — это самый лучший способ искупить неудачу. Всяко лучше, чем жить в позоре. — Не дожидаясь ответа, он резко крутанул штурвал. «Акаги» ответил на поворот гораздо медленнее, чем ответил бы эсминец, но уйти с пути торпеды ему удалось. Завершив маневр, командир облегчённо выдохнул. — От этой уходить оказалось труднее, чем от предыдущей. Едва разошлись. — «Едва» в его понимании означало добрую сотню метров — около половины всей длины авианосца. Может, капитан Каку пытался своим хладнокровием впечатлить Ямамото, а может, подобное поведение, на самом деле, было для него естественным.
«Пока всё хорошо», — подумал Гэнда. И в этот самый момент он услышал отчаянный вопль:
— «Хеллдайверы»!
В бомболюках самолёта Футида ещё оставались снаряды. Поэтому он продолжал кружить над американской эскадрой в надежде подбить что-нибудь стоящее. На самом деле, он уже не думал, что он сам или кто-нибудь из его эскадрильи сможет повредить ещё хоть что-нибудь. Коммандер видел, как несколько бомб ушли мимо. Попадания? Футида пожал плечами. Подбить движущийся корабль сложнее, чем, когда он стоит у причала.