Лейтенант Синдо прибавил газу, и его лицо исказилось в презрительной ухмылке. Японским офицерам не было никакого дела до воплей гражданских. Они будут сражаться до конца, чего бы это ни стоило. Однако американцы были мягкотелыми, женоподобными, слабыми духом. Они позволяли таким незначительным факторам, как гражданское население, влиять на принятие своих решений, особенно в условиях войны. Придётся им за это платить.
Синдо автоматически проверил, не сидит ли кто-нибудь на хвосте. Пилот, который забудет об этом, очень быстро пожалеет. Привычка никуда не делась, даже, когда он прекрасно знал, что у американцев не осталось самолётов.
Один «Зеро» устремился вниз. Он превратился в огненный шар с длинным дымным шлейфом. Здание, в которое он угодил, загорелось. Даже погибнув, пилот принёс пользу делу. Синдо кивнул, отдавая должное его мужеству. Его душа отправится в святилище Ясукуни — Храм мира в Империи, что на холме Кудан в Токио.
Летевшие с истребителями «Накадзимы» и «Аити», принялись бомбить город. Если гражданских нужно запугать, так тому и быть. Синдо надеялся, что это вынудит американцев сдаться. Он был очень расчётливым воином. Он не считал нужным тратить на задачу больше усилий, чем та требовала.
Синдо сообщил остальным пилотам эскадрильи:
— Задача выполнена. Возвращаемся на авианосцы. — Они, конечно, уже давно не базировались на воде, но секретность требовалось соблюдать.
Оаху — довольно небольшой остров и война на нем была похожа на картину кисти какого-нибудь художника. Даже аэродром Халеивы, находившийся на севере, был всего в десяти минутах лёта от Гонолулу. Линия фронта тянулась совсем близко от гавайской столицы и Перл Харбора. Проход между хребтами Ваиана и Коолау расширялся с севера на юг. Это означало, что американцам придётся растягивать линию обороны, делая её тоньше. Японские солдаты лучше всех в мире умели находить слабые места в обороне противника. Да, в армиях других стран было больше тяжелого вооружения. Если бы японская авиация не заняла господство в воздухе и не уничтожила большую часть американских тяжёлых вооружений до того, как те вступят в бой, противник сопротивлялся бы более активно. Но сейчас никто не мог поспорить с японцами в маневренности.
Севернее, на дороге виднелись разрывы снарядов. Американцы старались не допустить, чтобы японцы воспользовались шоссе. Они сражались расчётливо и очень храбро с первого дня боев. Но всё же, положение их с каждым часом становилось всё хуже.
А вот и Халеива. Город находился за пределами досягаемости большей части американской артиллерии. Японцы по-прежнему могли пользоваться аэродромом Уилера, несмотря даже на то, что американские миномёты могли обстреливать южные подходы к казармам Скофилда. Но чем быстрее самолёты и оборудование переедет с авианосцев на сушу, тем скорее флот сможет перевести драгоценные корабли на другие направления.
«Зеро» мягко сел на полосу. Не впервые Синдо удивился, насколько же просто садиться на суше, по сравнению с авианосцем. Он выбрался из истребителя и спрыгнул на землю. Одетые в хаки техники быстро откатили машину в ангар. Один за другим на аэродром садились участвовавшие в налёте на Гонолулу самолёты. Синдо всех пересчитал, удовлетворённо кивнув, когда шасси последнего коснулись земли. Он потерял только одного.
Лейтенант отправился в штабную палатку. Коммандеры Гэнда и Футида сидели за накрытым картой столом, видимо, принесённым откуда-то из Халеивы. Карта, судя по надписям на английском, тоже была местной. Она была больше и точнее, чем все японоязычные карты, что Синдо доводилось видеть.
— Где вы её взяли? — спросил он, указывая на карту.
Минору Гэнда посмотрел на него, на его лице отразилась смесь веселья и смущения.
— Со станции техобслуживания, — ответил он. — Те собирались её выкинуть.
— Bako yaro, — выругался Синдо. Нужно быть конченным идиотом, чтобы выбрасывать столь ценные в стратегическом плане вещи.
— Как прошло? — поинтересовался Гэнда.
— По плану, — сказал Синдо. Будучи бесстрастным человеком, он все вылеты с начала войны описывал одинаково. Лейтенант продолжил: — Потеряли один истребитель. Я сам видел, как его сбили. Не знаю, как там у бомбардировщиков. А как дела на вашей новой карте?
— Из порта Перл Харбора присылают всё больше матросов, чтобы те сражались в пехоте, — заговорил Футида. — Можно дать человеку винтовку, но солдата из него всё равно не получится.